Фантом

Не мне же одному делать за них всю грязную работу. Пусть поработают своими ручками, Короля сможет убить лишь кровный родственник, всем остальным не позволит клятва верности.

Впрочем, все эти клятвы уже давно научились обходить. Воруешь? Так, зато ты верен Королю! Берешь взятки? Назначаешь на должности некомпетентных людей? Так смотри пункт первый. Королю-то ты верен! А то, что к рукам немного прилипло... так с кем не бывает?

Так что клятвы никогда не были панацеей, иначе дворяне не крутили бы свои грязные делишки за спиной у Короля, а порой и прямо перед его взором.

Если совсем подавить волю, то получится овощ, которому придется подтирать задницу и слюни...

Смех как-то резко закончился, оставив меня один на один с воспоминаниями. К сожалению, в большинстве своих бед я виноват сам. Безусловно, дворяне расставляли силки, но именно моя нога с упорством продолжала в эти ловушки наступать. Глупость и отвага, вот как можно меня охарактеризовать всего пару лет назад.

В свое оправдание хочу сказать, что меня не готовили с детства вариться вот в этом вот всем.

А когда я набил шишки и в целом разобрался, уже было поздно что-то менять, я уже надавал клятв, которые не мог нарушить. Меня никто не неволил, я сам себя захомутал.

— Я еще и благодарил этих сук... — мрачно хриплю. — За их внимание и «помощь»...

Хотя по факту именно я делал то, что должны были делать все эти сиятельные господа. Воевал и рисковал жизнью, чтобы кто-то другой вкусно ел и сладко срал! Причем порой прямо мне на голову!

Впрочем, а чего я ожидал? Я так и не стал для того мира своим.

Для аристократов я был выскочкой, а для крестьян чужаком, который высоко взлетел...

Когда до меня, как до того жирафа, все это дошло, я довольно много денег спустил на «красивую» жизнь. Вкусно кушал, трахал красивых дам, купил себе особняк с продажи земли. Красиво жить не запретишь, вот только, я тогда чуть не спился. Лишь проснувшись в какой-то грязной канаве, после очередной попойки, когда какой-то бедняк пытался меня ограбить, я понял, что дальше так продолжаться не может.

Я привел себя в порядок, после чего хотя бы попытался хоть что-то изменить. Результат вы сами видели. Меня отправили самоубиться об Архидемона, слишком многим я отдавил пятки, своими довольно резкими высказываниями.

Впрочем, прошлое уже не имеет значения, едва ли я сумею вернуться обратно. Что, отчасти, даже хорошо. Боюсь, натворил бы я дел, вернувшись обратно, освобожденный от всех своих клятв.