#4. По щучьему велению

В жизни всегда случается момент, когда просто необходимо достать, хорошо припрятанный, туз из рукава и выложить его на стол к удивлению окружающих, дабы склонить чашу весов в противоположную сторону. И, не желая упускать такой шанс, Рик уверенно сказал:

— Это я её надоумил!

Он решил вызвать весь огонь, адресованный Мальвине, на себя, но к удивлению услышал невозмутимый родной голос:

— Конечно. Кто ещё мог до такого додуматься? Разве отличница с прекрасным воспитанием, талантливая умница и красавица, могла бы до такого опуститься самостоятельно, чтобы выставлять напоказ своё тело за деньги? Конечно нет.

Тут нужен кое-кто с гораздо меньшим багажом моральных ценностей. Скажи мне одно, для чего ты девочке так портишь жизнь? Она потом вовек не отмоется от этого! С тобой всё и так понятно, но не ставь крест на ней.

Энрико наморщил брови и призадумался. В чём-то возможно она была права. Вообще она всегда была права в своих взглядах и суждениях, только ему было не просто признать это.

Наверное стоило иногда прислушиваться к ней и следовать советам.

— Я полагаю в этот раз мои слова достигли твоего сознания? — спросила крёстная, увидя печать осознанной задумчивости на лице отпрыска.

— Да, тётя. Можешь не сомневаться, я исправлюсь.

Женщина заботливо и с нежностью потрепала его по кудрявой шевелюре и, улыбнувшись, добавила:

— Идём обратно в комнату, не правильно оставлять гостей надолго одних.

— А всё-таки, что на счёт … — вновь попытался начать разговор хитрец, рассчитывая, что своим послушанием растопил строгое родительское сердце.

— По моему я дала чёткий ответ?

— Но всё же, может быть можно как-нибудь … — не унимался Рик.

Обладая поистине феноменальным терпением, фея всё же имела некую воображаемую красную черту, за которую не стоит переступать никому. И любимое чадо также не является исключением, хотя для него уровень всегда был выше, нежели для других. Ему лишь однажды удалось пересечь её: тогда Тереза сосчитала до трёх, хлопнула в ладоши и хулиган навсегда остался мальчишкой.

Поэтому, чувствуя желание вновь взгромоздиться на плечи и удобно свесить ножки, она строго и монотонно произнесла:

— Раз …

Детские глаза округлились в ужасе, а рот закрылся, чтобы больше не издать ни звука. Он знал, что постоянно ходит по краю и очень боялся магии, которая могла вновь обратится против него, поэтому вовремя замолкал.