Дохлокрай

Вот молодец, а теперь валим отсюда. Скоро соседи всполошатся. 

            На улице не похолодало, но… изо рта валил пар. В отличие от нее, дышавшей ровно и свободно. Ничего не попишешь, все имеет последствия. И его собственное тело сейчас все-таки начало сжигать само себя, расплачиваясь за скорость в квартире. Бросила бы она его, что ли? Вот прям здесь. Глядишь, вместе с пожарными приедут и менты. Хотя, скорее уж просто менты. Есть ли здесь пожарные? 

            Первые крики опомнившихся жильцов донеслись, когда вышло выбраться из двора.

            Тяжесть и разгорающееся внутри пламя накатывали все сильнее. Горела кровь, обжигая изнутри. Ныли суставы, сгрызаемые тупыми зубами боли-пилы. Пока он шел, механически переставляя ноги. Раз-два, раз-два. Иди-иди, ты сможешь. Стыдно падать перед женщиной. Лучше бы она его просто уронила и ушла. Вот честно, ей самой так было бы лучше.

            О, да у нее еще какая-то смешная вязаная шапчонка с ушами красного цвета. Господи прости, Красная шапочка ведет куда-то Серого волка. Просто беда…

            - Куда мы идем?

            - Ко мне. 

            Он попробовал отпихнуть ее в сторону, но вышло только споткнуться и упасть на колено. 

            - Вставай!

            Вставай? Он поднял глаза, вцепившись взглядом в ее лицо, белеющее и расплывающееся.

            Снова «хрущевка». Скрипучая дверь, домофонов и железных городских ворот здесь пока еще не признают. Лестница, по ступеням вверх, и боль снова вгрызается в спину, в ноги, даже в шею. Рвет изнутри, старательно подгоняя черную пропасть, падая куда перестаешь быть собой.

            В прихожку он ввалился, снова упав и затравленно оглядываясь. И увидел сюрприз. 

            - Ты селишь квартирантов?

            Красная шапочка подняла его, как смогла. После «как смогла» пришлось опереться о косяк и надеяться: время еще есть.

            - Так купила.