Дохлокрай

Экий он мужчина, да? В его присутствии даже такая красавица чувствует себя неуверенно. Осталось только гордиться своими успехами, что и говорить.

            - Где? 

            Она наклонилась и прошептала на ухо. Старательно не касалась его даже кончиком одной пряди. Как тут отказать себе в мелочи? Мавка удержалась только безумным усилием. Лишь глаза вытянулись, превращаясь в черные звериные, побежали волнами к краешкам. Но... мавка удержалась.

 

            - Не бойся, - он усмехнулся, так и не выпустив длинную гладкую прядь, - ты же послушная и порядочная девушка, да? Не хулиганишь?

            Мавка оскалилась, блеснув жемчугом ровным красивых зубов. Сколько глаз сейчас смотрели на него с завистью и зарождавшейся злостью? Хрен знает. Как же, какой-то то ли бомж, то ли что-то такое, лапает такую красавицу за просто так, а та и не против! Кто бы отказался быть на его месте? Да-да, соседи, так и есть.

И лучше лопайте свои бокс-мастеры и наггетсы, даже не пытаясь уединиться с чернокудрой смертью на точеных красивых ножках. 

            - Не бойся, - повторил он, уже немного жалея о поступке, - не трогаю вас без причины. Мое дело не вы. 

            - А кто? – пшикнула мавка злобой и недоверием, - кто?

            - Те, кто восстают. Те, кому не лежится в гробах.

 

            Мавка скрипнула зубами.

            - Расскажи это кому-то еще. Или роду, чей клан ты вырезал у Камня… Охотник. Мы знаем про тебя. Мы знаем про тебя все. 

            Прямо напугала…

            Он откусил половину оставшегося чизбургера, прожевал. Внимательно посмотрел в блестящие дикие глаза. 

            Бургер штука странная.

Чего в нем такого, в так себе булке, котлете из не-пойми-чего, куска типа сыра, маринованного вялого огурца и явно несвежего лука? И ничего, естся, да еще просится. Временами. Иногда даже полезно. Как сейчас. 

            Лук тут попался… ядреный. И вонючий. Им-то он и дохнул на мавку. Не смог отказать себе в удовольствии. Не любил Других, особенно как вот эта красивая тварь.