Разбудить Игрока

— Разумеется, я ни за что не откажусь увидеть своими глазами легенду, — подтвердил своё намерение Витор.

Ещё через пару часов к ним поднялся граф Шарион. Заключение целителя было неутешительным. Элли не вернуть медицинскими способами. Он признал, что частичка разума жива, но подавить сущность Зверя невозможно, так как это не внедрённая сущность, а часть самой Элли, только доведённая под влиянием Тьмы до одичавшего состояния. Элли должна сама справиться со своим Зверем, но в состоянии подобного угнетения основной личности это может оказаться невозможным.

— Ваше Величество, — продолжил граф, обращаясь к королю, — княгиня всегда отличалась очень сильным характером, она справится. Она должна справиться. Мастер Талли правильно сделал, что снял ошейник. В нём была главная причина преобладания Зверя над её личностью.

Талли слушал заключение целителя, а в душе росла надежда. Он не отступит. Она не отступила с ним, и он не отступит с ней. Она его вытащила, и он её вытащит. Он поможет всем, чем только возможно, чтобы она справилась. Он будет рядом.

— Я бы рекомендовал первое время большую часть держать княгиню во сне, но ей необходимы и периоды бодрствования. У неё должно быть время, для того чтобы одолеть своего Зверя, — продолжил граф.

Талли согласно кивал, слушая целителя.

— Когда она проснется, граф? — решил уточнить Талли.

— Возможно, через несколько часов, а возможно, через несколько дней, средство, что я ввел княгине, позволяет её организму самостоятельно восстановиться после всего. И ещё, — продолжил граф, — барон, зайдите ко мне, я дам вам спецбраслет, на случай, если в период бодрствования возобладает Зверь, вы сможете ввести инъекцию дистанционно. Иначе Зверя с такими возможностями будет сложно успокоить.

— Конечно, граф Шарион, если вы не возражаете, я прямо сейчас пойду вместе с вами.

— Не возражаю, барон, — согласился граф.

На плечо мага легла рука Саймона. Король разгрыз губу и теперь слизывал набегавшие капельки крови.

В глазах короля и брата бился страх вперемешку с отчаяньем. Только приобретя, только полюбив и не успев ещё насытиться братской заботой и любовью, он терял сестру. А вдруг она не справится с подчинением? Ужас сковал разум, и слёзы навернулись крупными каплями.