Лучший способ спрятаться 2

- Ваше высочество, боюсь, я еще не раз буду сопровождать своего жениха на приемах.

- Графиня, я этого не боюсь. Я этому радуюсь.

***

Как-то слыша раньше выражение «вручение верительных грамот», я себе представляла что-то более торжественное, что ли. Такое, чтобы «ах!» и все покорены! В данном случае самое торжественное – это появление императора.

Тадам! Торжественные аккорды. Церемониймейстер со своим жезлом в очередной раз совершил попытку пробить паркет в зале. Не удалось. Торжественное объявление:

- Его величество Павел IV, император Антарийской империи!

Похоже он все-таки использует какой-то артефакт.

Нас, по-моему, потише объявлял. Хотя это и логично… Чем важнее персона – тем громче объявление.

А император в реальности выглядит моложе, чем на фотографиях в газете. Впрочем, как и наследник. Фотографии добавляют каждому из них лет по десять. Внимательно слушаю приветственную речь нового вельдийского посла, вспоминая жизнь в посольстве, прогулки с папой по ярмарке и катание на каруселях…

Речь императора такая же вежливо-пафосная, но к счастью намного короче.

После вручения свитка, который посол передает не прямо в руки, а положив на поднос, который держит молодой невзрачный человек. Я пытаюсь удержать на нем свое внимание, но оно соскакивает с человека на предмет. Кстати, мне кажется или поднос светится?

«Не кажется. Ты же понимаешь, что в руки императору все подряд не дают?»

Понимаю. Я думала вообще на какой-нибудь столик сгрузят. Нет, император берет свиток, раскручивает его, наглядно показывая, что с содержанием свитка он ознакомился, поскольку несколько минут изучает его содержимое практически в полной тишине.

Во время всей официальной части, которую, к счастью решили не затягивать, мы стояли рядом с Александром Павловичем, чем точно привлекли всеобщее внимание. И если до появления императора к нам подходил пообщаться то один гость, то другой, то после появления императора мы стояли втроем. Даже девушки, которые с таким энтузиазмом пытались покорить горную вершину по имени Александр Павлович, куда-то рассосались по залу.

После официальной части нас проводили в зал с фуршетом, императора и наследника в рабочий кабинет, куда потихоньку (в смысле без воплей церемониймейстера) стали вызывать присутствующих. Пообщаться в рабочей обстановке, так сказать.

Пристроившись рядом с небольшими бутербродиками с творожным сыром и каким-то невероятным мясом, я не могла понять, почему у меня такое чувство, что во мне пытаются проделать дыру.