Damn short stories 2

Никакого монстра они не нашли, и это значило только одно. Монстр был невидимым.

Сережка чуть-чуть приоткрыл одеяло и выглянул наружу. Все было тихо. Тогда он осмелел и тихонько вытащил из-под одеяла руку. Рука нащупала на тумбочке блокнот и карандаши.

- Ты не станешь меня есть, если я тебя нарисую? - прошептал Сережка.

Темнота заинтересованно промолчала.

- Ладно. Договорились.

Мальчик сосредоточенно зачиркал по листу.

Когда он проснулся, карандаши и блокнот лежали на прежнем месте на тумбочке. Никакого рисунка в блокноте не было.

Сережка не удивился. Ему часто снилось, что он рисует. Огорчало другое – рисунок во сне был действительно хорошим, но Сережка никак не мог вспомнить, что же на нем было. Кажется, какой-то невидимый монстр…

Выли сирены. Плескался свет мигалок. Пожар почти потушили, жильцов вытащили, и мчсники уже выходили из здания, когда перекрытия рухнули. Второй этаж провалился внутрь.

- Серега!!!

Свет мигалок. Каталка. Кислород. Его загрузили в скорую, и она сорвалась с места и с диким воем полетела по улицам города, из горящего ада – в белую и стерильную тишину.

Серега ничего не чувствовал. Он все понимал, все видел, но это происходило как будто не с ним. Не с его телом. Да и было ли оно, это самое тело? Разве так называется эта штука на каталке? Нет, совсем оно не похоже на двадцатипятилетнего здорового парня, который совсем недавно выехал на вызов. Это не он. А значит, и волноваться об этом совсем не стоит…

- Господи, господи, да что же это от него осталось…

- Не хнычь! Возьми себя в руки! Не таких вытаскивали!

Сергей плыл.

Маленький мальчик один в комнате, темно, горит ночник. Маленький мальчик прячется под одеялом. Где-то ходит невидимый монстр…

- Вторая свободна, катим туда.

- Давайте, поднимаем насчет три. Раз, два…

Мальчик любил рисовать. Почему же перестал? Ах да, учеба. Он рисовал слишком часто, даже ночами, и мама отобрала у него карандаши. Ведь он совсем не высыпался, не мог сосредоточится на занятиях, и вообще, сколько же можно, этим сыт не будешь…

- Три!

Рывок.

Над Сергеем – яркая лампа и лицо хирурга в маске. Хирург наклоняется к самому его уху.

- Ты будешь жить и все будет хорошо. Обещаю. Ведь ты меня нарисовал…

Сквозь маску проступила улыбка-зубищи. Сергей широко распахнул глаза и рухнул в небытие.

- Боже, господи, да за что же ему… Мальчик мой…

Сергей проснулся в палате. Мать сидела рядом и рыдала. Она выглядела маленькой, постаревшей, потерянной.

- Мам, не плачь, - сказал Сергей спокойно.