Кодекс Оборотня - 1

— Надо уносить вещи со второго этажа, его тоже зальет…

Остаток ночи мы таскали вещи. Временами по затопленной дороге проезжала машина службы спасения, озаряя все вокруг светом оранжевых мигалок. Они призывали Сида бросить вещи и уезжать, но тот зло послал их куда подальше. Когда мы вытащили все, что было возможно, Сид закрыл борта грузовика, мрачно посмотрел на тонущий дом. Вода уже была выше середины окон. Грузовик и сам чуть не плавал. Надо было уезжать.

— Сид, — я хлопнул его по плечу. — Ты чего застыл? С бочками же ничего не будет.

Сид хмуро посмотрел на меня.

— Все равно не достать…

— Если что-то важное, я могу кое-кого попросить… Только семью свою отправь. И сам не смотри.

— Кара, уезжай! — сказал Сид жене.

— Спасибо, Руари, — миссис Брок пожала мне руку и протянула потом отцу. — Мак, рада знакомству. Большое вам спасибо. Если бы не вы, нас, наверное, и десять лучших грузчиков не спасли бы.

Миссис Брок села за руль, и через несколько секунд грузовик уже ехал по Бридж-стрит на юг, подымая стены брызг, пока не вырвался на сухую дорогу и не исчез за поворотом.

— Она что – тоже про нас знает?

— Ну… — протянул я и, разведя руками, отошел к мосту. Перегнулся через перила к реке, посвистел и зашептал в черные воды.

Через пять минут из полузатопленной двери выплыл старый дубовый бочонок. Сид схватил его обоими руками.

— Хорошее плавсредство, — заметил отец. — Вот не хотелось мне это говорить, но все мы чертовски замерзли и надо промочить горло.

— Обратно в «Арфу»? — спросил я.

— Лучше повыше. Митчелл-стрит наверняка уже подтоплена. В «Джери Чоукс» – как раз на полпути домой… Скоро утро, а мы с тобой в таком виде, Руари.

— Да ну? У тебя-то хоть одежда целая осталась, па. Сид, ты с нами?

— Конечно! Не знаю, что бы я без вас делал, парни. С меня выпивка и завтрак.

— Странно, что ваши проблемы смогли решить только мы, — заметил отец, бросив на Сида недовольный взгляд.

— Простите, мистер Конмэл, — Сид сменил тон, поняв, что фамильярности отцу не нравятся.

Мы перебрались на северный берег реки, продираясь через течение почти по пояс в воде. Через полчаса мы уже сидели в пабе на Аппер-Глэдстоун-стрит. Нам принесли «Бушмилс», сухую одежду и пледы, узнав, что мы пришли из затопленной части города. После трех стаканов я согрелся, глаза закрылись, и я привалился к спинке дивана, сквозь дрему слушая разговор отца и Сида.