Чёрный инспектор. Крысы и звёзды

Единственный, кто видел весь город и не сквозь окно экипажа, а вблизи. Единственный, кто видел всё от Неба до Дна. – Только не оступись. А лучше держи меня в курсе всего. Я помогу. Элиас, я же твой друг. Не забывай об этом.

– Не забуду, Нуари. Я сглупил, надо было идти к тебе, ты прав. Но признай, ты тоже ничего не знаешь о Дне. Так что тётушка Фария была права с инспектором. – Элиас улыбнулся, ему действительно стало легче. Он знал теперь, что его не только любят, его поддерживают и о нём заботятся. Его защищают.

После всего пережитого Элиас впервые почувствовал себя в безопасности. – Нуари, мне действительно полегчало, спасибо.

– Я рад, – коротко ответил Нуари, отстраняясь. Элиас сейчас нуждался в нём, в его обществе. И на его благо Нуари сильно им заинтересовался. А ещё этим инспектором Крайсом и его возможной родословной. Конечно, раскопать всё будет весьма непросто, но Нуари не собирался сдаваться. Да и Элиас оказался сильнее, чем он думал. Из него выйдет превосходный член Совета, если шена Аштарет не перейдёт черту.

А Нуари собирался быть рядом с ним и не дать ему это сделать. – Пора тебе возвращаться домой. Мне не хочется испытать на себе неудовольствие шенай Фарии Аштарет.

– Она нам головы поотрывает, – устало улыбнулся Элиас, вставая. И ответил на шокированный взгляд Нуари: – Это образное выражение. Означает, что она будет весьма нами недовольна.

– Вижу, ты уже возвращаешься в прежнее своё состояние. Даже начал шутить. – Улыбка Нуари далась с некоторым трудом. Эта фраза казалась такой странной, грубой, неподобающей.

Словно Элиас намеренно пытался вывести его из равновесия, напомнить себе и ему о пережитом сегодня.

– Я благодарен тебе, Нуари. Мне стало намного легче после разговора с тобой. – Элиас всё-таки выпил предложенное вино – терпкое, телесное, чуть горчащее – и протянул Нуари бокал. – Я, пожалуй, пойду, завтра предстоит много дел.

– Поедешь на моём экипаже, – решительно положил руку ему на плечо Нуари. Он был значительно ниже ростом, чем Элиас, но в их семье это не было редкостью.

– И я сделаю всё, о чём ты просил.

Экипаж катился по мостовой почти бесшумно, лишь изредка из-под колёс вылетал осколок камня или гравия. Элиас сидел, закрыв глаза, и улыбался. Ему казалось, на всём Небе нет никого, кто мог бы выслушать его, но Нуари ни разу не перебил, только хмурился и кивал. Они не так часто общались, жили слишком отличными жизнями, и Элиас не привык полагаться на него. Вернее, отвык, что Нуари рядом.