Чёрный инспектор. Крысы и звёзды

Кроме того, я, очевидно, видел лишь малую часть. И вы хотите знать, уверен ли я, что общее положение дел не отличается от того, что мне было позволено увидеть.

Элиас дождался благосклонной и довольной улыбки на лице Милена. Подобные умопостроения были любимой забавой шены Клайдерн, впрочем, он состоял в должности главы полиции Неба, так что ему полагалось не только быть проницательным, но и требовать этого от других.

– Тогда мой ответ будет таковым. Я доверяю человеку, приведшему меня на Дно. Более того, я сам настоял на этом путешествии, не догадываясь, на что иду.

И я сознаю, что эмоции сильно на меня повлияли, – Элиас медленно выдохнул, вспоминая всю ту бурю чувств, что бушевала в нём тогда. Милен внимательно слушал его, продолжая соединять все замки и петли на колете. – Но я уверен, что увиденное мной – не ложь. Разница даже между Землёй и Средним городом поражает. Но Дно… Я полностью убеждён, что само по себе наличие Дара не должно определять человеческое бытие. Дар даётся при рождении, человек не может заслужить его. Унижать его достоинство только по тому, где он родился, несправедливо.

– Тогда я задам второй вопрос. Чего или кого ради вы стремитесь изменить текущее положение вещей, – взгляд, который Милен Клайдерн поднял на Элиаса, был лишён участия и тепла. В нём отражался холодный расчётливый ум политика. Перед Миленом сейчас был не дальний родич, наивный, но вполне достойный. Перед ним стояло будущее, которого может не быть. Или же мечтательный юнец, не способный отделить мечты от реальности.

– С какой целью вы стремитесь вперёд?

– Сложные вопросы вы задаёте, шена Клайдерн, – Элиас улыбнулся и покачал головой. Этот вопрос тоже был с подвохом. Милен не произносил вслух то, что хотел знать на самом деле. Он лишь оценивал ответ и делал выводы. – Но вы правы: мои слова звучат наивно. Я не стал бы тревожить вас ими, но я не настолько глуп, чтобы не понимать собственную слабость. Я увидел её так ясно, что мне впервые стало по-настоящему страшно.

Я хочу этого не для себя. И высокомерно было бы говорить, что я хочу этого для города. Во мне говорит моё Слово Силы, но его голос заглушает желание показать одному человеку, что я не слаб, не беспомощен и не безразличен.

– Что ж, достойный ответ. Хоть и несколько наивный, зато искренний. Пожалуй, я не стану вас отговаривать. – Милен отступил на два шага, любуясь своей работой. Его радовало всё, что он считал красивым. И сейчас Элиас казался ему таковым.