Чёрный инспектор. Крысы и звёзды

Инспектор шёл чуть позади, не вмешиваясь, но и не оставляя в одиночестве. Элиас был ему благодарен, с каждым шагом, приближавшим его к Небу, его ноша становилась всё тяжелее. Его сестра была мертва. И убил её не тот бесцветный и даже не Эшбетт, отдавший приказ. Её убило Небо. Его родное, безопасное и совершенное, светлое и наполненное счастьем Небо. Лицемерное, жадное, лживое, полное скрытых тайн и секретов. Небо, что толкнуло Эшбетт на преступление, пообещав величие. Небо, что запрещало раскрывать свой Дар незнакомцам.

Небо было местом её гибели и станет местом последнего пристанища. И сейчас Элиасу казалось, что на руках у него не только Калиа, но и вся его прошла жизнь. Все мечты, надежды, вся вера, весь его мир. И рядом с ним лишь чёрный инспектор, нелепый, больной и жестокий человек, который провёл его через этот кошмар и защищал до конца.

– Дальше я не пойду с тобой, Элиас, – Крайс остановился у входа в пропускной пункт на Небо. Элиас захотел было возразить, что с ним его пропустят, но потом передумал.

Эту часть пути он должен пройти один. Чтобы понять, чтобы почувствовать. Там, потом, дома, вдали от чужих глаз, будет место горю. – Расследование закончено. Моё место здесь.

Элиас кивнул и шагнул сквозь сверкающие створки дверей. А инспектор Крайс развернулся и медленно зашагал в сторону вокзала. Ему надо было возвращаться в полицейский участок. На столе высилась огромная гора бумаг, нисколько не уменьшившаяся за два дня напряжённой работы. Ещё и объясняться перед Бруно, куда он посмел так самовольно уйти посреди рабочего дня.

Старший инспектор ничуть не изменил своё отношение к подчинённому. Хотя официальное сообщение об окончании расследования он тоже ещё не получал. И теперь при каждом удобном случае спрашивал, как Крайс отдохнул в отпуске и скоро ли его можно будет выставить с позором.

Вернувшись в полицейское управление, Крайс с отвращением подумал, что за полдня его стол завалили окончательно. А ведь только вчера ему удалось разгрести небольшой кусочек, на который можно было поставить кружку с чаем.

Старший инспектор явился в общую комнату всего через пять минут после его возвращения, он словно поджидал свою извечную жертву. Крайс пропустил его крики мимо ушей и пододвинул к себе самую маленькую стопку. За подобное Бруно ненавидел его больше всего – он не переносил, когда его игнорировали. Ему хватило двадцати минут, чтобы понять всю тщетность вызвать хоть какую-то реакцию у инспектора Крайса своими обвинениями, угрозами и издевательствами.