Чёрный инспектор. Крысы и звёзды

Крайс остановился у домика на окраине. Рядом с неказистым строением располагалась большая каменная, обмазанная глиной печь. Жиайя пошла в дом, чтобы договориться с хозяином. Ждать пришлось не больше пяти минут, но они, казалось, растянулись в вечность.

– Ну, привет тебе, чёрный инспектор. – Из домика вышел высокий мускулистый мужчина с грустным, понимающим взглядом. У него всегда были такие глаза, сколько Крайс себя помнил. А он приходил сюда часто – с самого детства. Крайс успел вырасти, а этот человек так и не изменился.

– Отмучалась, бедная. Давай сюда.

Крайс молча отдал мужчине свою ношу. Тот ушёл куда-то за печь. Его не было минут десять. Жиайя встала рядом с братом, обняла его рукой за плечи. Может быть, ему это и не надо было, но ей так было легче.

– Ну что, детишки. Кем вам приходилась покойница? – Мужчина всегда спрашивал, хотя чаще всего знал. Это было обязательным.

– Эта женщина была нашей матерью, – ответил Крайс, впервые за много лет не опустив глаз. Он приходил сюда с телом отца, старшего брата, отчимов, младших братьев и сестёр и ни разу не смог выдержать этого внимательного, изучающего взгляда.

Понимающего.

– Что ж, детишки, её путь окончен, ваш – продолжается. Идите дальше, надеюсь, мы ещё не скоро встретимся. – Мужчина улыбнулся и протянул им по конфете. Самые дешёвые, в яркой обёртке – только такие и можно было достать на Дне.

Крайс развернул шуршащую обёртку и засунул конфету в рот. Она была очень сладкой, до приторности. Ещё один обязательный ритуал.

Тем, кто потерял кого-то, давали конфеты. Чтобы подсластить горечь утраты – так говорили. Крайс ненавидел сладкое, у него всегда был привкус пепла.

Ждать пришлось долго. Специальная печь давала сильный жар, но всё равно потребовалось почти три часа. Всё это время Крайс, Жиайя и Шима стояли неподвижно, глядя на отсветы пламени на камнях. Потом мужчина вынес им глиняный горшок с пеплом – всё, что осталось от тела умершей женщины. В каких-то семьях такие горшки хранили, кто-то использовал пепел как удобрение для фелны.

Тут не было общих правил, не было и места осуждению. Пепел – это всего лишь пепел.

– Отболела, горемычная. – Мужчина протянул горшок Жиайе. Теперь, спустя столько лет, она, наконец, могла приблизиться к своей матери без страха заразиться. – Теперь уже совсем отболела. Идите домой, детишки.

Крайс отдал мужчине деньги за работу. Сумма была совсем небольшой, такую здесь мог себе позволить почти каждый. Обратно они шли уже быстрее.