Осеннее таинство

— Да как же так! — воскликнул он, — заяц для меня, что брат родной, не стал бы я его обижать! А в лес за грибами зашел. Это же законом не возбраняется? Зачем в управу?

— Все вы браконьеры на одно лицо. Чего только не выдумаете, лишь бы от наказания увильнуть. Вместе вас поймали, так что там и разберемся, кто ты такой и как в лесу оказался.

— Отпусти знахаря, — вмешался Фульк, — какой из него охотник? Не принято у них зверей обижать. Грибы они едят, ну!

— Не хватало, чтобы ты дружков своих выгораживал! Сказала же, разберемся.

Все ребята, пошли, один впереди, двое сзади. И следите, чтоб не сбежали.

«Такую не прошибешь» — подумал Вилли и покорно зашагал вслед за лесниками.

Фульк еще раз глянул на зайца и, плюнув с досады, примкнул к позорному шествию.

На этот раз Вилли повезло и не пришлось пробираться через колючие заросли с оврагами полными зловонной каши из дождевой воды и гниющей листвы. Бывалые лесники хорошо знали местность, всякий раз замечали обходную тропинку и не заблудились бы, хоть глаза им завяжи.

* * *

Посреди лысой прогалины, прикрытой тощими березками и стройными соснами, стоял длинный бревенчатый дом в два этажа, с покатой крышей и кирпичной трубой. Окна на первом этаже были наглухо зарешечены и придавали ему мрачный вид.

Появились такие дома лет двадцать тому назад, когда леса Сюрляндии поделили на обходы и вверили их под охрану Лесному Патрулю.

Служба там проходила по строгим армейским порядкам: со своим уставом, традициями и запутанной иерархией; но жители близлежащих селений, как правило, не разбирались в тонкостях званий и называли всех подряд лесниками.

Вилли шел позади Тувы и задумчиво поглядывал как поблескивают звездочки на ее погонах. Ему все еще не давала покоя мысль, где он мог раньше ее видеть, на подходе к дому он окликнул ее и рискнул успокоить свое любопытство.

— Прошу прощения, — обратился он к ней, — очень мне лицо ваше знакомо. Вы случаем не бывали в Дюли? Может, в трактире Вите Брюхена вас видел?

Тува промолчала, и покачав головой поправила ружье на плече. Вилли тут же отступил.

— Эй, знахарь, ты что с ума сошел? — взволнованно прошептал Фульк. В каком еще трактире?

— Обознался видать, всякое бывает.

* * *

Отряд остался снаружи. Тува и арестанты зашли в дом.