Осеннее таинство

— А чего это вы там делаете?

— Ямку вот выкопал, — ответил Густав и поднялся на ноги, — теперь бутон сверху надрежь и сок в нее вылей.

Ямка выглядела как неглубокий широкий прудик с выступающими краями как у блюдца. Вилли старался не вникать в смысл ритуала и делал все без лишних вопросов. Прозрачный маслянистый сок наполнил ямку, но впитываться не спешил, а наоборот все больше растекался пока не заполнил ее до краев. Казалось, что сока там набралось гораздо больше, чем уместилось бы в одном бутоне.

— Теперь Сигурта туда поставить? — неуверенно спросил Вилли.

— Это еще зачем?

— Как зачем? Вернуть ему облик человеческий. Для того же цветок сажали?

— Для того самого.

— Тогда в голову никак не возьму, как сей обряд нам поможет? — спросил Вилли, потирая замерзшие руки.

— Говорил же, не умею я дерево обратно в людей превращать. А если и знал, то забыл напрочь. Для того и передаем мы знания, чтоб вечно их в голове не держать.

— Передержали вы знания свои, — с укором проговорил Вилли, — надо было делиться ими поскорей.

— А вот что, — ответил Густав, поглядывая на небо, — отправишься ты сейчас прямиком к Линусу.

— К Линусу? — задумался Вилли, — этот тот самый из ваших братьев? Для чего же мне к нему отправляться?

— Он хоть и самый молодой из нас, да в травах не хуже моего разбирается. Может, он и подскажет как приятеля твоего вылечить. К тому же он с Упилием дружбу водит и видится с ним часто, значит и знает, где его искать. Вдвоем они уж точно помогут.

— Ох, — вздохнул Вилли, — если придется со всеми вашими братьями перезнакомиться так уж и быть. А Линус этот, надежный человек?

— Малый он честный, будь спокоен. Щегол он, конечно, но дурного не сделает, так что не робей.

— А в огород пришли с утра пораньше, гостинцев ему набрать?

— Ты, парень, видно не знаешь, что за цветок мы с тобой посадили?

— Всё никак вспомнить не могу.

— Вкусноцветом он зовется. Сок его долголёт шибко любит, и где бы сейчас ни был завсегда его запах учует.

— Вот так и доставит? — ухмыльнулся Вилли, — и денег не возьмет?

— Не возьмет... Да что ты опять над стариком потешаешься, — отмахнулся Густав и взглянув на небо воскликнул, — ну, что я тебе говорил! Прилетел наш красавец!

За последние дни Вилли много чего повидал, но все же с трудом сохранил спокойствие, едва рядом приземлилась огромная лягушка с выпученными черными глазами.