Осеннее таинство

Тем временем к господину подошли двое полицейских и принялись о чем-то с ним горячо беседовать. Жена пустилась в слезы, а сам он полез в карман.

* * *

По дороге приятели остановились у витрины с музыкальными инструментами. Среди скрипок, гитар и флейт нашлось место и лютне. Вилли взглянул на бирку с ценой и в миг погрустнел, подозревая что Юхи, увидев такое, заберет обещание назад. А пока он приходил в себя, из магазинчика вышел довольный мальчуган и что есть сил заколотил в новенький барабан на шее. Следом вышел папаша мальчугана, судя по его печальным глазам, не переставал размышлять, отчего его сынишка не родился художником.

Вилли нащупал в кармане чудом завалявшуюся монету и еще больше поник от мысли, что ее едва хватило бы на палочки к тому барабану. Он решил, что музыкант профессия исключительно для богачей; не будучи таковым лучше оставаться обыкновенным слушателем и не валять дурака, как и подметил в свое время Сигурт.

— Вилли! — вдруг засуетился Матс, — хватит в витрину пялится как пес на кость.

— Кто это такие? — прищурился Вилли.

— Амилайры, — взволновано ответил Матс.

Это были пять наистраннейших и в тоже время прекраснейших созданий из всех, когда-либо встреченных Вилли. После них даже стенант с долголётом выглядели совершенно обыденно. Их стройные тела облегали не по погоде легкие платья под цвет их белоснежной кожи и таких же волос. Двигались они до того мягко и плавно что, казалось, парят над землей.

— Чего же они таки белые? — опешил Вилли, — как мукой обсыпали.

— Об Амильдалии не слышал? — удивился Матс.

— Слышал, вроде, — неуверенно ответил Вилли, — неужели оттуда?

— Именно, — ответил Матс и на его хмуром лице впервые промелькнула радость. Они оттого такие белые, что зима у них круглый год, они и живут в домах ледяных. Говорят, где бы они ни появились, на год вперед все хорошо будет.

Когда белые дамы подошли совсем близко, то оттеснили Матса и взяли Вилли в плотный круг. Каждая была на полголовы выше, и он почувствовал себя беспомощным зверьком, загнанным в клетку. Но несмотря на заметный холод, их красивые по-сестрински схожие лица оставались мягкими и добрыми.

— Тэа, сестренка. Как тебе такое? — зазвучал тоненький голосок, нежно приправленный заграничным акцентом, — этот моряк, как и мы любит музыку.