Русалки. Новенькая

– А, кстати, в самом деле, сколько всего челов… русалок в школе? Если у нас всего один класс в параллели?

– Около двухсот, – без раздумий ответила Наташа. – У четвертого курса два класса, а у остальных так же по одному. Но у пятого там и целого класса не наберется. – И пояснила прежде чем я успела сформулировать вопрос: – Там те, кто четыре года отучился, но ещё не стабилизировался, учатся.

Немного. В моей старой школе учеников было больше тысячи. Впрочем, они не были русалками, да и школа не была интернатом.

За постиранной формой я зашла сразу после обеда. У Рии вещей было больше, так что она поставила на более долгую стирку, так что пошла одна. Как и говорили девчонки, машинки оказались магическими: вытащенная форма была уже сухой, пускай и мятой. Удобно!

Утюги и гладильные доски обнаружились в соседней комнате, в которую из прачечной имелась дополнительная дверь. Водя утюгом по юбке, осмысливала рассказанное девчонками после вопроса об общемагическом языке. Тем более что там было что осмысливать.

Так, кроме Марианского, основанного первым, вскоре после гибели Атлантиды, были и другие подводные города, общим числом двенадцать. Из них три, включая собственно Марианский, в самом глубоком месте планеты – Марианском желобе. Самым же ближайшим к нам городом был находившийся в озере Байкал Азимос. Он же был самым мелководным и единственным пресноводным.

– Хотя знаешь, Азимос сложно назвать городом, – вздохнула Рия, в задумчивости крутя кончик Наташиной косы. Причем та на это отреагировала достаточно спокойно: недовольно посмотрела, но отбирать не стала.

– Слишком уж он маленький. Вряд ли сейчас там больше пары тысяч постоянных жителей. А если и больше, то ненамного. Конечно, я выросла там и люблю этот городок, но до Марианского или любого другого города ему далеко.

– Почему так?

– Там особо нечего добывать и сложно что-то выращивать. Особенно сейчас, когда рядом столько людей. К тому же приходится тратиться на водоочистители – люди ж постоянно Байкал загрязняют, – такого отношения к крупнейшему озеру потомственная русалка (а Рия была именно потомственной) явно не понимала.

Я, впрочем, тоже: это же одно из чудес природы, зачем в него отходы сливать?

Другие подводные города были рассредоточены по планете. Роднило их одно: строили русалки, напуганные затоплением Атлантиды, глубоко.

Погладив юбку с жилетом, я приступила к приведению в порядок блузки, когда услышала голоса из прачечной, видимо, кто-то пришел постирать.