Тыквенные семечки

Януш поморщился, представляя, что ему еще скакать кусок дороги в близлежащий город. А это не так близко. Если не помогают припарки, поможет кварта доброго эля ну и божье слово, само собой.

К Мари вернулось прежнее игривое настроение. Удивительные перемены настораживали Януша, но и в таком случае это не признак колдовского участие. Эта женщина была необычной, только и всего. А люди не любят необычности. При хорошей возможности они готовы избавиться от любой аномалии, которая появилась рядом.

- Похоже, многое, что говорят о вас, действительно неправда.

Или это я проделал плохую работу! – пошутил Януш. – В любом случае, счастливо оставаться.

- Подожди!

Девушка сказала это властным голосом, нарочно в приказном порядке. Она до конца вела свою непонятную игру, пытаясь смутить его. Но он просчитал и такой сценарий.

- Позволишь к тебе прикоснуться. Я буду нежной с тобой. Обещаю.

Крапинский нахмурился. Это было слишком. Ведьма не ведьма, но прикасаться к подозреваемой запрещали правила.

Но Мари не стала дожидаться ответа.

Как и в прошлый раз, она подошла к нему близко, слишком близко. Януш моргнул, затаил дыхание. Он напрягся, чувствуя загривком подвох. От девушки исходила опасность, скрытая пока от понимания для Инквизитора.

- Не играй со мной, Мари! – предупредил честно Януш. – Резкое движение, и я сломаю тебе руку. Меня учили убивать нечисть в разы сильнее человека.

- Я всего лишь слабая женщина, милый! – прошептала она слишком интимно для человека, которого видела в первый раз в жизни.

Мали нарочно медленно показала ему голые ладони.

Одной она обхватила его за локоть, вторая ладошка скользнула за спину, дотронулась до камзола. Чертовка улыбалась. Пронзительно зелёные зрачки полыхали безрассудством.

Януш сглотнул горячий комок в горле. Стало невыносимо душно в этой натопленной избе. Он едва сдерживал себя, чтобы не оттолкнуть прочь от себя эту полуголую шлюху, погрязшей в бесстыдстве и распутстве. Она никакая не ведьма! Не тот уровень! Почему он тогда всё это терпит?

Левая рука нырнула под верхную одежду, пробралась через несколько слоёв одежды и легла ему на поясницу.

Горячая ладошка описала восьмёрку, дёрнулась вниз, найдя на крестце бугорок. Януш вздрогнул, дёрнулся от дрянного предчувствия. И тут Мари резко куда-то нажала.

Поясница взорвалась шквалом боли. Крапинский отбросил руку девушки. Его лицо побагровело от лавины нахлынувшей ярости. Правая рука взметнулась вверх в направлении лица довольной Мари, но пощёчину он так не влепил.