Тыквенные семечки

Смахнув в сторону крошево из черепков, грабитель нашарил его грудь, повёл вдоль шеи в поисках яремной жилы. Грубая мозолистая ладонь наткнулась на вязкую и липкую жидкость, которая ручейками стекала по щеке Блестящего Зуба. Подельник лежачего отдёрнул руку с опаской. Кажется, Зуб не дышал.

Яркая зарница прорезала пространство на многие вёрсты, ворвалась в избу через узкое и замызганное окно и выхватила из темноты Макария и пятачок рядом с ним.

Разбитый череп первого разбойника напоминал вскрытую тыкву, из которой вывалились тыквенные семечки.

Склизкие крошева серого вещества прилипли к коже и волосам. Из пробитого виска сочилась кровь. Она казалась ненастоящей, синей из-за слишком резкой и яркой вспышки. И эта же синева чернела у него на ладони, пока темень не накрыла его вновь.

Гром грянул снова. Макарий предвидел такой исход и не с таким трепетом принял грохочущее небо. Он с остервенением вытер об одежду покойника кровищу. Не стоило устраивать мордобой! Какая глупая смерть от разбитого горшка! Зуб сам виноват, что не сдержал свои животные порывы? Зачем он убил девку? Она боялась их, как мышь пугается кошку.

Кстати, где эта молодка? Может, она и не мёртвая вовсе.

Выживший разбойник потёр глаза, и засмотрелся в черноту, где незадачливый Блестящий Зуб насиловал хозяйку дома. Макарий подумал, что так и не спросил, почему она живёт одна в такой глуши. Обычно в таких домах живут…

Додумать он не успел. Следующая вспышка смяла его рассуждение в прах. А перед ним открылось жуткое зрелище. В трёх шагах на ноги поднималась девка.

В руках она сжимала нож своего убийцы, чей труп постепенно остывал.

Он бросился к двери под раскат рокочущей стихии, вкладывая в рывок все силы. Страх пасть от рук зарезанной фурии перевесил боязнь перед непогодой и темнотой. Подол рубашки, заляпанный красным. Плоть, выглядывающая из прорехи. Жуткая бледная гримаса, прорывающаяся из копны спутанных волос. Так выглядела сама смерть, а не забитая крестьянка, что жила в одиночестве рядом с лесом.

Стул, который он сшиб при попытке бегства, развалился на части.

Макарий застонал от сильного ушиба, но на ногах удержался. Под ногами хрустели ложки и чавкала квашеная капуста. Перед выходом он поскользнулся,но сумел схватиться за ручку и повиснуть. Разбойник рвался на свободу, рвался прочь от страшного места, которое несло лишь разрушение.

К свету и свободе.

Струи ливня захлестали по лицу Макария, царапая кожу. Грабитель спрыгнул в мокрую и холодную грязь перепаханного поля.