Посейдон и Русалка

Ни кто даже представить себе не мог, что нам выпадет случай лицом к лицу встретиться с настоящими морскими корсарами, которыми прямо кишели воды Индийского океана.

После вахты, я как всегда перед сном, направился на корму. Созерцание вод отвлекала меня от дурных мыслей, а красоты Индийского океана заполняли вакуум моей души богатым духовным наследием. В лучах заходящего солнца стаи летающих рыб прямо выпрыгивали из океана и носились над волнами, каркая, словно вороны. С нетерпением я ждал на корме с сачком, что хоть какая— то из них все же наберется наглости и пролетит рядом.

Я каждый день прятал в каюте миску перловой каши, которую с любовью варил кок Вася, чтобы после вахты скормить её обитателям моря. Но парящие над океаном летающие рыбы, игнорировали этот русский деликатес и не обращали на меня никакого внимания. Тогда я так увлекся, что не заметил, как два сомалийских катера набитых чернокожими мужчинами уже шли на абордаж нашего контейнеровоза. Через мгновение, толпа небритых и совсем не ласковых чернокожих мужчин, громыхая ржавым от морской воды оружием, ворвалась на судно, выискивая все то, чем можно поживиться. Все важные для управления судна помещения были мгновенно захвачены корсарами и взяты под контроль. Я не видел самих пиратов и не слышал даже выстрелов. Наушники плеера вкачивали в мой мозг децибелы тяжелого рока, и мне было все равно – я находился в своем мире. Очнулся я лишь тогда, когда рука здоровенного шоколадного парня, коснулась моего плеча. Обернувшись, я увидел перед собой страшную рожу, которая улыбалась мне белоснежными лошадиными зубами. В одной руке он держал ржавый пулемет «Калашникова», а другая тянулась к моим наушникам. Схватив их, он еще больше расплылся в улыбке, чувствуя, что ему улыбнулась настоящая пиратская удача. Натянув их на голову, он выудил из кармана плеер и сунул его себе за пазуху. Уперев ствол пулемета мне в живот, другой он шарил по моим карманам, стараясь, наверное, найти у меня россыпи золота и алмазов. Я не знал, что мне делать. Сопротивляться было бесполезно, а унижаться перед черным корсаром мне не хотелось. Голова в тот миг работала как компьютер и я вымолвил:

– Сэр, ай хев гумм вумен…

– Оу, гив ми, – сказал он обнажая зубы.

Я ждал – ждал, что он клюнет, и ожидания сбылись. Заинтригованный моим предложением, он на какое—то время утратил бдительность и опустил ствол пулемета. Облегченно вздохнув, я показал ему на шлюпку и жестами объяснил, что силиконовая женщина прячется там.