Необычное и обыкновенное

Лу кивает дождю: мол, слышу — больше не попадусь на чужие песни, и идёт к пруду.

Город чует, что несут его Сердце: мягко стелет под ноги Лу полотно улиц, бережёт его от углов и неровных камней под ногами, ярче заставляет светиться фонари на пути.

Бездна ждёт его, улыбается. Но стоит ей увидеть прозрачный шар в руках Лу, как улыбка вянет.

Бездна говорит:

— Оставь, мальчик. Зачем тебе это? Я ведь могу быть твоим другом. Я могу навсегда избавить тебя от врагов. Утащу их всех далеко-далеко, и они…

Лу не слушает.

Он размахивается и изо всех сил швыряет шар в непрозрачную серую воду. Город и тут помогает юному хранителю: шар летит далеко, будто его запустил кто-то сильный-пресильный.

Едва шар касается пруда, как серая поверхность вмиг испаряется, превращаясь в клубы тяжёлого густого пара. Пар висит в воздухе, окутав замершую Бездну, — и исчезает через три удара сердца.

— Я ещё вернусь… — шепчет она на прощание.

На месте Бездны — прозрачная статуя из тех, что украшают улицы и площади Города.

Лу теперь знает: Бездна ушла в Глубину, а статуя лишь её отпечаток. И печать Города.

И сколько бы раз Бездна ни являлась из Глубины, Лу будет прогонять её. Ведь Сердце Города найти несложно: надо только помнить, что Город всегда с тобой.

Лу улыбается и идёт домой под умиротворяющий стук капель.

Хэллоуин (мистика, ужасы)

Джордж возвращался домой уже в темноте. Засиделся в баре с приятелями. Ну а как иначе? Праздник же! Ну и пусть детский — весь городок отмечает!

Он повторял про себя оправдания, но знал, что Мэри всё это не убедит.

Опять будет скандалить, злиться, смотреть как на идиота. Та ещё ведьма, эта Мэри.

Джордж пьяно ухмыльнулся и подмигнул тыквенной роже, скалящейся с забора.

Густые сумерки окутали крошечный Спрингтаун, но не погрузили во мрак. Тут и там мерцали тыквенные фонари, вспыхивали огоньки в глазах скелетов и пугал-призраков, мигали гирлянды с лампами-пауками, а вдали слышался детский смех и гомон.

Джордж ни в детстве, ни сейчас в страшные сказки не верил, а вот в ярость жены — очень даже. Надо ей показать, что он хороший, что он о ней думает... что там ещё женщинам надо? О, внимание и подарки!

Он остановился, чуть пошатываясь, и оглядел улицу. Изрезанные тыквы Мэри не порадуют, картонная чёрная кошка тоже. Не тащить же ей марлевую паутину или хохочущего скелета? Она этим скелетом мужа и треснет. Нет уж.