Благие пути

— Не переживай, крыска, мы передадим Венделия наши глубочайшие сожаления!

— Триархам своим передай! — рявкнула Рида и швырнула разводной ключ в колдунью, увернувшуюся лишь в последнюю секунду.

Металл прогрохотал по плитке, а помещение на пару мгновение осветило зеленое сияние с колец колдуньи. Оглядев парализованные тела вокруг себя, Илинея спешно привела в порядок подругу и Михеля, после чего оглянулась на мальчишку, но того уже не было на месте. Она одернула себя и парой резких пасов, погрузила работорговцев во тьму.

Паралич спадет. А слепоту так просто не снять! Преступникам оставалось лишь беспомощно слушать быстро удаляющийся топот ног, пока и тот не затих в глубине туннелей.

Троица беспрерывно мчалась по подземелью, надеясь, что колдуны не бросятся в погоню. Несколько раз Михель резко сворачивал в узкие коридоры и невольно радовался, что путь не пролегал по прямой. Только, когда плитка под ногами сменилась землей, они позволили себе остановиться, да и то, потому что рана Риды открылась и девушка больше не могла бежать.

Илинея обеспокоенно посмотрела на подругу, прижавшую ладонь к боку, после чего перевела взгляд на Михеля.

— Мы уже на выходе из каналов, — тяжело дыша, произнес он. — Продержишься?

— Н… ха… Нормально, — отмахнулась Рида. — Давай уже уйдем отсюда. Биться я точно не смогу.

Михель кивнул.

— И здоровая не смогла бы, — колдунья закинула себе на плечо руку подруги. — Это Асамуны. Опыта в боях хоть отбавляй. Мы и ушли от них, скорее всего… кх… ха… потому что их мальчишка больше интересовал.

Мы бы за приятный бонус сошли, не больше.

Не тратя времени на отдых, они продолжили путь. Минут десять они шли по рыхлому земляному полу. Колдунья уже и гадать бросила, куда он их выводит, тем более, что истекающая кровью подруга на плечах мыслительному процессу не способствовала.

Спустя еще несколько минут Михель остановился. Тупик? Девушки удивленно посмотрели на провожатого, когда Рида друг ощутила дуновение ветра. Отойдя от Илинеи, она свободной рукой дотронулась до перегородки.

Покрытая землей и корнями деревянная дверь. Михель уперся плечом и с некоторым усилием надавил на нее.

— Им не пользовались последние полгода, — пояснил мужчина и вышел наружу.

Они вышли в какой-то низине среди высоких холмов, предвещающих суровые северные горы. В лицо ударили потоки холодного воздуха, чистого и столь желанного после сырости подземелья. Рида, морщась от боли глубоко вдохнула. Слегка закружилась голова, но это гораздо лучше пыли и плесени.