Страж Порядка

Его интересовало все связанное с Мраком: как часто и каким образом эти существа нелегально пересекают Зыбь, попадая в Упорядоченное, а главное – для чего им это? Ответ оказался до одурения прост. Мрак таким образом питается. Не то, чтобы в Хаосе нечем прокормиться (иначе как бы они там жили?), просто в мире Манина пища другая. Разрушаемая энергетика Порядка для созданий Хаоса сродни опиуму для наркоманов. Стоит попробовать раз и больше не оторваться. И чем дольше этим промышлять, тем сильнее привязанность.

Вроде и бегал-то не часто, а уже не можешь без этого. Тот Мрак, которого изгнал Паша, скорее всего, быстро умрет в жесточайшей «ломке», поскольку попасть в Упорядоченное ему больше не светит.

- Что же вы наркоманов своих не сдерживаете, чтобы к нам не совались? – возмущался Павел, но на все такие вопросы получал вполне лаконичный ответ: «Не могут Стражи против своих же идти либо путь им преграждать. Вот других не пускать - да».

И все на этом, хоть ты тресни. Хоть с пеной у рта доказывай необходимость принять кардинальные меры по усилению охраны Границы.

Однако с природой не поспоришь, потому как и Павел в новой для себя должности Стража не в состоянии оградить соотечественников от их же безумного желания оказаться в мире Хаоса. Только полностью противоположные сущности ему подвластны. Как говорится, что на роду написано.

Остается горько взирать на потуги родных мирян, пересекающих Зыбь в стремлении покинуть отчий дом. Что их гонит из насиженных тел в чуждую неизвестность? На этот вопрос не знал однозначного ответа даже опытный истукан, многозначительно заметив, что наркотическая тяга к особой пище играет здесь далеко не первую роль.

А поток эмигрантов со временем лишь увеличивается.

Наговорились вдоволь. Страж Хаоса благодушно проурчал:

- Ну, приходи еще поболтать, когда тебя снова в Зыбь занесет. Меня только позовешь, я сразу и появлюсь.

- Как же я позову, если даже имени твоего не знаю. Или его у тебя нет?

- У меня их много.

Все и сам не упомню.

- Скажи хоть одно, на которое откликаться будешь.

Каменный человек принял позу мыслителя, сразу напомнив Паше хорошо знакомую скульптуру, на которой смешно смотрелись ассиметричные глаза Стража.

- Мне понравилось имя «Балбес», которым ты назвал меня за игрой, – прогудел, наконец, он. - Вот на него и откликнусь.

- Ну, Балбес так Балбес, - посмеялся Манин. – А меня зови…

- Знаю, - перебил его Страж Хаоса, - ты говорил, что Мавр.