Табу

Заглянув в одну из них, девушка заметила рыбок. Чем дольше она всматривалась в них, тем больше они становились. Небо задрожало. Массивные плавники захлестали со всей силы. Жабры раздувались и увеличивались в размерах. Агата схватила ребенка на руки и захлопнула книгу.

Яркая алая книга раскрылась, лишь стоило Агате взглянуть на нее. Громадный огненный глаз дракона засветился со страницы. Девушка услышала дыхание от которого содрогался воздух. Перевернув страницу, она оказалась в полнейшей тьме. Ступая наугад по липкой черной массе, Агата пыталась нащупать книгу.

Но вокруг была пустота и тьма. Ни фонарей, ни звезд, ни снега. Только издалека доносились звуки флейты. Она шла за мелодией. Но сколько бы не искала Агата выход, так ни к чему и не могла прийти. Позади послышались быстрые шаги. К девушке подбежал спасенный ей от гигантской рыбы малыш. В своих маленьких ручках он держал уличный фонарь. Мальчуган взял девушку за руку и повел за собой, подпрыгивая от радости. Подведя Агату к книге, малыш исчез.

На страницах следующей книги Агата увидела плывущий к фъерду красавец драккар.

Стоя на берегу с хворостом в руках, девушка была очарована и испугана одновременно. Огромный варяг с сединой, похожий на глыбу льда, стоял на носу судна. Его взгляд был устремлен вперед на берег — прямо на Агату. Позади гребли такие же как он мощные викинги. Девушка захлопнула книгу. Сердце бешено колотилось.

— Мы не хотели, — послышались голоса, — нам не оставили выбора. Со страниц на Агату смотрели светящиеся лисьи глаза.

Над прекрасным северным озером нависла чернильно-фиолетовая туша с бегающими свирепыми глазами. Она пыхтела и перебирала своими омерзительными щупальцами, ненавидя все вокруг. Рыбаки, увидев чудовище, разворачивались назад и уплывали так быстро, как могли. О чудовище пошли слухи, но никто не решался на него взглянуть. Оно било по воде, что было сил и волны хлестали берега, оно завывало так, что волки в лесах скулили, поджав хвосты. Не один дракон не решился бы подойти близко. Рев заглушал все: ливни, звуки колокола, пение птиц и даже крики рожениц.

— Если вы пойдете, вероятнее всего я больше никогда вас не увижу.

— Это мой долг, — ответила Дорея.

— Здесь нужна целая армия таких как вы.

— Кто же родители этого чудовища?

— Добрые люди, — добрые люди, которым ответили злом, — женщина отложила свое вязание, поставила чашку в блюдце.

— Разве могут добрые люди вырастить такое?

— Ты еще очень юн, чтобы принять это. Просто поверь мне. Ей просто очень больно.