Сумеречные Библиотекари. Том шестой.

- Это было очень давно. В те времена, когда нас почитали, как настоящих богов. Однажды ко мне в храм пришел человек и предложил много золота в обмен на то, что я чуть преуменьшу на суде мертвых тяжесть его грехов. Я отказался и выгнал его. Человек ушел, даже не забрав золота, которое я велел раздать бедным. Когда жрецы унесли его, на полу осталась лишь одна монетка, которую я поднял и зачем-то оставил себе. Эту монету я долго носил с собой. До тех пор, пока не встретил этого человека на суде. Я судил его честно, но оправив его душу в пасть Амат, я понял, что эта монета жжет мне руки.

Я бросил ее в воды Нила и забыл о ней. До сегодняшнего дня, пока не понял, что именно она и дает силы черному Анубису.

- И ты хочешь, чтобы мы достали ее со дна Нила? - не совсем понял Виктор.

- Я хочу, чтобы Дневник перенес вас в тело того человека и его предложения вообще никогда бы не было, - Анубис задумчиво обвел взглядом Библиотекарей. - Это сразу лишит черного Анубиса половины силы.

- То есть ты хочешь, чтобы мы исправили твою ошибку, - Каан злобно усмехнулся.

- И обеспечили тебе победу. А ты потом скажешь, что все сделал сам. Почему бы тебе самому не отправиться в прошлое?

- Я бы так и сделал, - Анубис безразлично пожал плечами. - Но ваша Библиотека работает только с вами.

Бог ушел, а Анастейша взлохматила, и так торчащие во все стороны, волосы Собирателя.

- Ты чего так на него взъелся? Нам плевать на его победу или поражение. А вот побывать в Древнем Египте было бы интересно.

Или ты думаешь, что мы не справимся?

- Я думаю, что хочу туда с вами, - Каан отбросил ее руку и запрыгнул с ногами на диван. - А Дневник снова меня не отправит.

Но поднявшись в Библиотеку все были искренне удивлены. Сегодня имен в списке было четыре. И одно из них было именем Каана. Едва дождавшись, чтобы Теодор выбрал себе напарника, Каан первым прижал ладонь к черным строчкам.

Перемещение произошло и на Библиотекарей обрушились палящие лучи полуденного солнца. Порыв горячего ветра вонзил в кожу сотни песчинок и Теодор быстро огляделся по сторонам, ища где бы укрыться и от зноя, и от ветра.

Прямо перед ними чернел вход то ли в пирамиду, то ли в храм. Высоченная арка входа, гигантские статуи сидящих фараонов по обеим сторонам. Все это напомнило Теодору что-то, уже виденное им раньше на картинках или фотографиях. Но масштабность сооружения не давала возможности охватить всю картину целиком и память никак не хотела срабатывать.