Кошмар на Басмановском проспекте

Он за 4 месяца так привык, что родители в «командировке» и их единственное участие в жизни детей сводится к переводу денег раз в месяц, что другого варианта принимать не хотел.

А как там Лиза? Она ведь осталась с ними…

Он мотнул головой, пытаясь прийти в себя.

Рыбка. Её увезла полиция…Эта женщина действительно держала в колледже подпольных русалок? Нашла местечко, конечно. Совсем не подозрительно!

И что имел в виду отец, когда сказал, что это «последний раз, когда ты общался с ними»? В порыве нахлынувших эмоций.

За окном пошёл снег. Стукнуло 8 вечера.

На самом деле, у Макса не было плана, когда он сбегал. Поддался чувствам и удачному случаю…

Пора возвращаться.

Он рассчитался с барменом, и ушёл в холодный зимний вечер.

***

Дома было подозрительно тихо. Макс до конца не верил, что все члены семьи спят ещё в не такой уж и поздний час, однако пришлось, за неимением каких–либо звуков.

У него появилось плохое предчувствие.

Зайдя в свою комнату, он выдохнул.

Тишину комнаты рассекло смачное ругательство. Макс забыл включить свет.

Как только парень нажал на выключатель, глаза словно резануло чем–то острым, но он успел увидеть человеческий силуэт в окне.

Едва удержавшись от крика из–за внезапного и сильного испуга, Пономарёв кинулся к подоконнику, оперевшись на него руками.

В окне никого не было. Видимо, показалось.

Он развернулся. В дверном проёме стояла заспанна Лиза с плюшевым мишкой в руках.

— А, Лизок, это ты… – испустил вздох облегчения юноша. — Извини, тебя свет разбудил?

Про себя же надеялся, что родители не проснутся так же, как сестра.

Лиза не ответила, лишь смотрела на брата немигающим взглядом. Её голубые глазки сейчас казались тёмно–синими.

— Раз–два–три… – едва слышно промолвила она.

Воспоминания слишком больно ударили в его подростковую голову.

Раз–два–три.

Ветер вышел погулять.

Три–четыре.

Ты стоишь на крыше.

Шесть–семь–восемь.

Он хотел тебя оттуда сбросить.

Пономарёв знал, чей силуэт был в окне.

Кукловод.

И кажется, у Макса большие проблемы.

ГЛАВА 12. Допрос с пристрастием

История, официально, один из самых сложных предметов, изучаемых в школе, однако Ева не думала, что после получения среднего образования ей придётся вновь углубляться в эту науку.

Однако наступила зимняя сессия. Учась на педагога, Ева жалела только об одном. Что учится на педагога. Она любит детей, но дети не любят учится.