Дщерь Гранатовки

До крыла, где находился оттошонкорский пациент, идти было недолго – нужно было всего лишь пройти через еще более широкий коридор, похожий на прозрачный туннель. Энка вежливо впустил Изольду в палату, которая ровно так же была одноместной и имела в оснащении точно такой же затейливый прибор…

Большее впечатление на Изольду, как Энка и ожидал, произвел сам обитатель палаты.

У него не было одной руки вплоть до плеча, а вторая неуверенно болталась, не желая слушаться хозяина. Он был бледным, худым, с обрезанными, собранными в несколько пучков волосами – ничего в нем примечательного не было до тех пор, пока не появилась Изольда.

Он взглянул на девушку, и его лицо просветлело так, что Брагинская не смогла его не узнать. «Неизвестно, что с ним случилось, но хотя бы радуется при встрече ровно так же…».

И прозвучал удивленный, до мурашек знакомый голос:

- Не может быть… Изольда… Живая…

А Изольда, еле сдерживаясь, чтобы не зарыдать, сдавленно произнесла:

- И снова здравствуй, Оша́нто…

Ошанто Гохоро́на, бывший гениальный музыкант, друг Изольды и просто значимая фигура в Оттошонкоре, едва слышно произнес:

- Я знал, что буду не один…

Встреча началась с приема лекарства – у старых знакомых расшалились нервы, и Энка мгновенно приготовил легкое успокоительное (на вкус оно было много лучше лекарства, давшего силы Изольде), которое несколько сгладило общую психологическую атмосферу.

Как раз в это время в палату без стука и вообще какого-либо намека на разрешение войти влетела хрупкая блондинка, улыбающаяся настолько ярко, что могла ослепить собой минимум с десяток демоноидов. На яркой гостье были нескромный светло-зеленый топ, не скрывающий высокую грудь, и темные лосины, подчеркивающие крепкие, длинные ноги.

Энка, сдержанно улыбнувшись влетевшей, представил ее своим пациентам:

- Познакомьтесь со своей спасительницей Валторией, Изольда – это она вытащила Вас из той крысиной бойни…

«Она?» - удивилась Брагинская. Нет, конечно, зеленоволосая тоже не выделялась телосложением военного человека, но по крайней мере не выглядела фарфоровой статуэткой… А тут девушка, которой, казалось, больше интересно следить за состоянием подстриженных, но покрытых бесцветным лаком ногтей, чем собирать-разбирать оружие.

- Добрый день, Изольда! Рада, что Вы уже на ногах… - и в голосе звучала искренность. Валтория протянула руку для пожатия, но Брагинская лишь чуть поклонилась в ответ. Неловкость ситуации сгладил Ошанто, обратившись к блондинке:

- На ее родине так не принято.