Ведьма

Ногу прострелила боль, так что из глаз брызнули слёзы. Расплата за ложь настигла меня слишком быстро. Закусив губу, я преодолела ступеньки на крыльце и рванула на себя входную дверь. В доме царил полумрак и пахло кровью. Я застыла в дверях гостиной. На покрытом белой скатертью столе стоял подсвечник с зажжёнными свечи. Рядом – тарелка с насыпанной горкой землёй и тарелка с водой. Склонившись над третьей, где догорал пучок бессмертника, Ба что-то нашептывала. Виктор Осипович осторожно касался её плеча.

– Ба! Ты что творишь?!

Они вздрогнули и подняли на меня глаза.

– Простите, Виктор Осипович, я не смог её задержать, – повинился запыхавшийся Игорь, снова хватая меня за руку, точно ожидающий распоряжения телохранитель.

– Пусти! – я одёрнула руку. Игорь хотел было удержать, но Виктор Осипович сделал знак, чтоб не препятствовал. Я же прошла к окну, отдёрнула занавески и распахнула окно. В комнату хлынул прохладный свежий воздух.

– Я же просила тебя держаться от всего этого подальше!

Схватив со стола бессмертник, я кинула его в камин, после чего задула свечи.

От злости или от стоящего в комнате запаха я чувствовала, что задыхаюсь.

– Почему ты никогда меня не слушаешь?!

– Ну знаешь ли…– протестующе начала бабушка, но Виктор Осипович её перебил.

– Саш, ты на Анну Семёновну не сердись. Это я её попросил, – Виктор Осипович тяжело вздохнул и развёл руками, – даже и не знаю, как о таком сказать. Решишь, что я совсем из ума выжил. Не могу я про Машу забыть. Виню себя очень… Вот и подумал, что если узнаю… ну, хоть что-то… мне легче станет.

Глупость же, говорю. Ань, мы пойдём. Игорь, помоги мне. А вы не ругайтесь.

– Ну вот, хорошего человека обидела, – упрекнула бабушка, когда Виктор Осипович и Игорь ушли, – и в кого ты только такая резкая?

Она с досадой махнула на меня рукой и ушла. Я же закрыла окно и прислонившись спиной к подоконнику наблюдала за тем, как догорает ветка бессмертника. Может и правда не стоило так резко реагировать? Трагедию семьи Виктора Осиповича я знала: соседи в то время только о нём и сплетничали, да и Лена рассказывала.

Ей тогда лет двенадцать было. Поздним вечером они возвращались на машине из гостей. Шёл дождь. Машина попала в яму с водой и потеряла управление. Вылетела на встречку, а после врезалась в столб. Лена сидела на заднем сиденье и отделалась синяками и ссадинами. Виктор Осипович повредил позвоночник, а его жена Маша умерла. И вроде бы сколько лет прошло или сколько воды утекло, как сказал бы Парамон.