Люмен. Город туманов

- Моё будущее туманно и размыто. И так же непредсказуемо, как и твоё, Сэмюэль.

-Я боюсь за тебя, Лин, - выдохнул он ей в лицо. Горячее дыхание опалило губы.

-Не нужно бояться, Сэмюэль, - прошептала она ему в унисон, проведя ладонью по его щеке. - Лучше поговори с отцом. Помирись с ним. Он переживает. Ему так же больно, как и тебе. Я видела это.

-Ты сейчас говоришь, совсем как Дерби! – проворчал Сэмюэль.

-Сэмюэль, просто мы волнуемся за тебя, - сказала Лин, вглядываясь в его лицо. В полумраке комнаты оно казалось угрюмым.

Сэмюэль молчал. Молчал долго, и Лин решила, что он ей не ответит вовсе.

-Уже поздно. Давай поговорим об этом в другой раз, - наконец, вымолвил он, сильнее сжимая её в своих руках.

Закусив от досады губу, Лин кивнула, и уткнулась носом ему в шею. Не прошло и нескольких минут, как её сморил крепкий сон. А Сэмюэлю напротив, не спалось. Обнимая Лин, он напряжённо думал. Думал о том, что она сказала. Думал об отце. После смерти матери он настолько погряз в своём горе, что не замечал ничего вокруг себя.

А что, если отцу и в самом деле было так же плохо, как и ему? Он не задумывался об этом. Просто не хотел.

Сквозь приоткрытое окно в комнату проникал воздух улицы, наполняя её запахом дождя и ночной прохладой. Лин что-то прошептала во сне, но Сэм не разобрал слов. Уже погружаясь в сон, он подумал о том, что возможно, она права, и ему следует поговорить с отцом. С этими мыслями он, наконец, забылся.

Лин проснулась, когда в окнах забрезжили сероватые краски рассвета. Рядом с ней на кровати лежал Сэмюэль.

Его лицо во сне было столь безмятежно, что невольная улыбка коснулась её губ. Осторожно высвободившись из кольца его рук, Лин поправила одеяло. Сэмюэль не проснулся. В комнате было по-утреннему прохладно, и Лин закрыла сворку окна, которое всю ночь оставалось открытым. Задёрнув тяжёлые портьеры, она создала в комнате лёгкий полумрак.

Бросив ещё один взгляд на Сэма, она на цыпочках вышла из комнаты, и в свою спальню.

Ложиться спать было бессмысленно, поэтому Лин включила лампу и принялась читать "Демонологию".

Буквы складывались в слова, слова в предложения, предложения перетекали в строчки. Лин читала страницу за страницей, вглядываясь в старинные разноцветные гравюры, изображающие жутких тварей. Сейчас при естественном освещении они не казались ей такими уж пугающими, какими бывали в тёмное время суток при тусклом свете лампы.

Она посмотрела в окно, за котором хмурилось небо, нависая над линией горизонта. Собирался дождь.