Гремучий коктейль - 4

Дома, в спальне, меня уже ждала супруга (теперь полноправная, по всем законам человечьим и божьим!), у которой денёк прошёл, видимо, очень так себе. Ну, под напором алчущей чужих тайн мамы, разумеется, от чего её тернейшейство, измотанное родительницей, было дополнительно бледно, измождённо и печально.

- Ке… кейн, - выдавила из себя Кристина, зорко и несколько тревожно наблюдая за тем, как я снимаю с себя сюртук, - Можно… спросить?

- Да, конечно, милая, - мне было очень сложно не ржать, как припадочному, даже учитывая то, что были все шансы подготовиться к «серьезному разговору» заранее.

- То, что было…, - с запинкой пробормотала княгиня, - Оно… было? Действительно?

- Ты про некоторые невинные ласки, что случаются между двумя любящими людьми, когда они остаются наедине, да?

- Некоторые? – хрипло переспросила княгиня. С таким, отчетливым, трудом.

- Ну разумеется, милая. В таком деле как у нас - спешить ну никак нельзя. Хорошего понемножку… постой, тебе же вроде всё понравилось? И даже очень? Просто потом задумалась… Кристина? Ты в порядке?

- Некоторые…, - сама себе под нос проговорила девушка, кивая чему-то своему, - Некоторые.

- Ваше тернейшество? – я насторожился.

- Некоторые! – с каким-то лихим весельем воскликнула подруга дней моих суровых, падая лицом на подушку и начиная как-то странно дёргаться, - Нефофорые! Нефофорыыыыыыееееее…!

Что же, кажется, я недооценил глубину шока.

Видимо, нам придётся серьезно поговорить.

Глава 4

Это утро стало одним из самых запоминающихся в моей жизни.

Шёл дождь. Могучий такой ливень, настолько сильный, что за окном не было видно ни зги. Он и послужил пусть и неярким, но крайне подходящим фоном ко всему, что случилось, уместившись буквально в один очень небольшой промежуток времени.

Первым (и самым важным для меня событием) в тот момент стала княгиня Кристина Игоревна Дайхард, выгнувшаяся на кровати с запрокинутой головой, и изо всех сил пытающаяся напугать широко раскрытыми глазами лепнину на потолке.

Вторым можно было назвать обиженный чих большого черного кота, которого не так давно сначала изгнали в коридор из уютного налёжанного кресла, а потом еще чуть и не сбили с ног.