Ученик Хранителя Cнов

Вдруг все это разом навалилось на Эрни: сны рвались в его сознание, бились о стенки банок, как разволновавшееся сердце, пытающееся выпрыгнуть из коробки грудной клетки.

Эрни отошел от стеллажа и присел на корточки возле груды шариков на полу. Положил газету в каплях дождя (которую до сих пор сжимал в руке) на раскладной стул. Том стоял спиной к стеллажу, скрестив руки на груди, и угрюмо смотрел в окно.

Эрни снова слышал их, чувствовал их пульсацию. Он протянул руку и зачерпнул горсть сфер ладонью. Они быстро начали расти.

Эрни накрыл их свободной рукой и осторожно сжал. Сферы перестали расширяться. Теперь Эрни мог рассмотреть их.

В ближайшей из сфер вращался... Эрни сказал бы, что это язычок тумана. Дымчатая лента цвета облака на закате. Эрни понял, почувствовал, что это след. Эхо, отголосок сна, который был здесь. И все-таки это эхо было чем-то важным, чем-то, что он должен был сохранить.

В другой сфере семья роботов солнечным днем играла в мяч на искусственном газоне. В третьей — мускулистый тонконогий юноша убегал от большой тропической змеи.

Змея, похоже, совсем потеряла к нему интерес и заползла на дерево. В четвертой — молодой небритый мужчина летал над городом. В пятой — гигантский паук висел под потолком темной комнаты.

Эрни вопросительно посмотрел на Тома. Он все еще стоял там же: скрестив руки, смотрел в окно, задумавшись о чем-то своем. Эрни подумал, что Том не замечает его. Однако он, не отрывая глаз от окна, спокойно произнес:

— Очень хорошо. Положи их туда, куда считаешь нужным.

Эрни накрыл сферы второй рукой и легко надавил на них. Сферы немного уменьшились. Эрни подошел к стеллажу. Он читал все надписи, до которых мог дотянуться взглядом. Мысли и образы путались, сбивались. Наконец сознание Эрни сфокусировалось на банке с надписью «Воплощенное». Он понял, что язычок тумана стоит оставить в ней. Он осторожно взял его двумя пальцами и стал сжимать, держа над банкой. Шарик послушно уменьшался, наконец уплотнился и выскользнул, стукнулся о горку других сфер, лежавших в банке.

Эрни побродил возле стеллажа еще, даже влез на высокий старый табурет, чтобы дотянуться до самых верхних запыленных полок.

Паука и змею он отправил в «Страхи и кошмары», а вот роботы и летающий человек не захотели ложиться туда, куда он пытался их уложить. Сферы не хотели сжиматься, как он ни напрягал пальцы и сознание: они вращались, дрожали и меняли цвет полупрозрачных стенок, становились мутными, плохо просматриваемыми.