Турагентство "Коту под хвост"

Убедившись, что все внимают ему, Читагама принялся толкать речь о том, какие варварские методы готовки вдохновения применяют местные работники. Как они обманывают посетителей и их ожидания. Как несправедливо они поступают с теми, кто приходит в это заведение. Какие нормы они нарушают и что весь персонал во главе с управляющим следует наказать.

Речь затянулась. И конца бы ей не было видно, если бы не гость, сидевший прямо за столом, на котором стоял Читагама.

— И что? — бесцеремонно спросил он.

Читагама опешил. Он не сразу нашёлся, что ответить на такой, казалось, неуместный вопрос.

— Да ты что, обалдел? Я для кого только что ту...

— Но мне нравится, — также бесцеремонно перебил Читагаму гость.

— И мне, — послышалось откуда-то из зала.

— Мы тоже это любим.

— И нам вкусно.

— Да вы все сговорились! — вышел из себя Читагама. — Это невозможно любить. Оно сделано не по рецепту! Вы обманываете себя!

— А может быть, это ты себя обманываешь? — непринужденно спросил Лучичар.

— Нет! Я единственный здесь, кто знает как надо.

Я тот, кто лучше всех разбирается! Тебе не нравится! — закричал Читагама на гостя, чью тарелку засосала его нога-воронка. — И тебе не нравится! И тебе! — распалялся Читагама, брызжа молниями в разные стороны. — Вы все тут просто олухи! Только я знаю как надо, и поэтому будет по-моему!

Закончив свою гневную тираду таким заявлением, Читагама с ужасом понял, что в помещении происходит хаос. Его гневные молнии попали в легковоспламеняемые материалы и теперь всюду полыхал огонь.

Одержимый своими доказательствами, он даже не заметил паники и того, как огонь распространился.

Читагама был в ужасе от происходящего, но ещё больше он был в ужасе от самого себя.

— Что же я наделал? — только и смог произнести он.

Его вихри были так сильны, что затягивали в себя языки бушующего пламени. В тот момент, когда он осознал весь масштаб сотворенной собой катастрофы, пламя рассеялось. Читагама снова оказался на кухне. Только теперь он был не бурерожденным, а человеком по имени Елена.

Замерев, женщина смотрела в глаза своей дочери, по щекам которой струились слёзы, а в голове ещё звучал собственный голос: "Только я знаю, как надо, и поэтому будет по-моему!" Девочка тихо встала и словно тень исчезла с кухни, пока в голове Елены всплывал весь их предшествующий диалог. Тот самый, который, как и всегда, перерос в монолог. Елена вспомнила, как высказывалась о вкусах дочери на музыку. О её взглядах на жизнь, отношении к себе и окружающим.