Зеленый пес Такс и Пять кошачьих магов. Часть 1

Ох, ничего себе! Там внутри оказался лев! Он прищурился от яркого света и недовольно поднял огромную лохматую голову. Шерсть у меня на холке тревожно вздыбилась, хвост начал нервно подергиваться.

– Такс, успокой его и объясни задачу! – бросил мне Банабаки.

Ой, что ж это я? Работа – есть работа, что мне какой-то там лев?

Я сразу же взял себя в лапы сосредоточился на поиске его волны. Хм, а я бы и не сказал, что он как-то сильно беспокоится.

«Я – лев Чандр, – наконец уловил я его мыслеречь. – А ты кто такой, маленький и шустрый?»

«Такс, пес специального назначения», – представился я.

«Ты интересный. Может, скажешь, что от меня хотят люди? Зачем они меня разбудили?»

«Собираются превратить тебя в каменного стража».

«В охранники? – лев мощно зевнул. – Неплохая работка – солдат спит, а служба идет. А кормить хорошо будут?»

«Да, но не очень часто. Хотя пока ты будешь каменным, еда не понадобится».

«Ла-адно, – лев махнул своей могучей лапой. – Все равно же не отстанут. Что им от меня нужно?»

«Передаю инструкции».

Лев снова широко зевнул, продемонстрировав громадные клыки, и с ленцой принял сидячее положение.

«Люди просят, поэнергичнее! Словно ты готовишься к прыжку».

«А они уверены, что им это надо?»

Он совсем немного изменил позу, но теперь от него так и веяло неприкрытой опасностью. По-моему, маги впечатлились. Во всяком случае, у Банабаки в руке вдруг появилось копье с блестящим наконечником.

«Вот так, прекрасно. Теперь тебя обездвижат. Не сопротивляйся».

«Как они мне надоели!»

Банабаки отправил в межмировое пространство не пригодившееся оружие и набросил на льва стазис.

Один из лаборантов опасливо отомкнул замок на клетке. Затем, убедившись, что бояться нечего, распахнул дверцы во всю ширь.

Черномыр как-то по-особенному мяукнул, встал на задние лапы и засучил передними. Огромная туша льва вдруг приподнялась в воздух и начала медленно выплывать из клетки. Я ощутил запах кошачьей магии. Похоже, кот просто попросил Чандра переместиться, по дальне-родственному.

Громадного пациента разместили в центре стационарной пентаграммы.

Черномыр тяжело опустился на все четыре лапы и устало растянулся на полу. Он, казалось, полностью потерял интерес к дальнейшим событиям.

Между тем, Банабаки и Осукуния встали напротив друг друга и начали творить волшбу. Лев в стазисе превратился словно в скульптурный портрет самого себя, выполненный из песочно-желтого гладкого камня. При этом он по-прежнему выглядел таким собранным и опасным, словно живой.