Зеленый пес Такс и Пять кошачьих магов. Часть 1

А от них простые обыватели предпочитают держаться подальше. Из посторонних я видел только тетку-пирожницу и двух типов, рекламирующих «Полный ондулясьон на дому» и «Рыбалку на блесну с фонариком». Все трое поглядывали друг на друга с неприкрытым подозрением.

Где-то далеко впереди паровоз выпустил финальный клуб дыма и остановился. Проводник в темно-зеленом железнодорожном мундире широко распахнул дверцы вагона. На перрон выплыла, словно броненосец из тумана, расфуфыренная тетка, вся кипящая от возмущения. Шапочка-таблетка на ее завитых волосах время от времени приподнималась, и оттуда била вверх струйка пара.

За ней плыли по воздуху ее чемоданы – четыре штуки, и все бол бола больше.

К ней сразу подскочил молодой человек хлыщеватой наружности, не маг, судя по запаху. Он почтительно подхватил ее под ручку и повел по перрону, интенсивно кивая и подпрыгивая. Чемоданы тащились за ними, поскрипывая и слегка толкаясь боками.

Затем из вагона вышел немолодой маг с посохом, обернутым в защитную пленку стазиса, еще какая-то неприметная личность…

– Ик!

Это сказал не только мой хозяин.

Другие встречающие произнесли нечто подобное, как минимум, мысленно.

В дверях появилась наша старая знакомая Натация, дочь госпожи Ланиции и бывшая воспитанница госпожи Пампуки, а ныне – студентка-первокурсница столичной Магической Академии. Но в каком она была виде!

Со своей приземленной позиции я первым делом увидел изящные высокие ботиночки на каблуках. Над ними начинались чулочки телесного цвета, поверх которых была натянута черная сеточка с широкими квадратными ячейками.

Чулочки начинались, продолжались… продолжались и заканчивались… очень коротенькими шортами из плотной темно-синей ткани с манжетами и широким пояском. Еще выше просвечивала полоска голого тела, прикрытого только сеточкой. Дальше была короткая черная блестящая куртка с пушистым меховым воротником.

Обычно Натация стягивала свои волосы в хвостик, но в этот раз она свободно распустила их по плечам и спине. Да еще и выкрасила несколько прядей в темно-зеленый цвет, совпадающий с окрасом моей шерстки.

Не скрою, мне было приятно.

«Черненький фламинго, дитя асфальта, – с какой-то ностальгией негромко пробренчала Первоконница. – Прямо девяностыми повеяло, тьху!»

– Базз, бра-а-атик! Как я рада, что ты пришел! – радостно взвизгнуло это мимолетное виденье и бросилось на шею Монбазора, дрыгнув ножкой.

Тот пошатнулся, но устоял, причем, даже не помогая себе магией.

– Как я тебя обожаю!..