Я проснулся

- То есть как угодно? Поленом тоже могу?

- Можете, - кивок головы говорил, что и на полено она согласна, и даже на более худшие прозвища.

- Но ты же не поймешь, что я зову или обращаюсь именно к тебе.

- Это будет моя вина, и вы меня накажете.

- Нет уж, давай-ка лучше по имени. Так и тебе будет проще, и мне тебя наказывать не придется. А то "эй ты" и "слушай девочка" меня как-то раздражать стали.

- Только не зовите так меня перед хозяйкой, - она потупила глазки, - вам может попасть за это.

- А хозяйка помнит, как тебя зовут?

- Нет, наверное.

- Ну, так в чем же проблема? Я думаю, ей все равно как я тебя называю полено или по имени.

- Хорошо господин.

- Ну, вот и договорились.

Я поменял положение тела в кровати на полусидящее.

- Ну, если получать впечатления ты мне запретила и почти насильно оставила дома, то придется тебе меня сегодня развлекать.

Доба кивнула и начала развязывать тоненькие ремешки, которые стягивали ее платье.

- Стоп! Ты чего это удумала?

- Ну, вы же сами приказали вас развлекать, - глазки ее потупились в непонимании, а рука остановилась на половине движения.

- Да... Что за мир то такой, где под развлечениями только кровать и подразумевают. Скажи мне Доба, я раньше часто пользовался такими развлечениями с тобой?

- Раз в неделю, не более. Я вам не нравилась.

- Я-то тебе нравился?

- Тогда нет.

- И зачем же ты со мной спала? - изумился я.

- Я же ваша рабыня. Это моя обязанность ублажать вас.

- Понятно, - пробубнил я, - ладно, не будем об этом.

Развлекаться мы будем сейчас по другому. Я буду лежать в постели и лечить обморок свой, а ты мне будешь рассказывать про этот мир.

- А что именно нужно рассказывать? Я мало видела в этой жизни.

- Тогда рассказывай все, что успела увидеть. Мне, как сама понимаешь, сейчас каждая мелочь важна. Рассказывай о своей жизни все, от рождения до сегодняшнего дня.

- Да нечего особенно рассказывать. Родилась я в деревне. Мама умерла при родах, отец работал на поле, нас, детей, было пятеро.

Отец получил мои сто душ и естественно в первый же месяц их пропил.

- То есть получил сто душ за тебя?

- Ну, деньги. Каждому рожденному причитается сто душ.

- Деньги у нас душами зовутся?

- Да. А как они еще зваться должны?

- Ну, я не знаю. Памяти же нет.

- Все очень просто. У человека есть душа. В математике сто процентов это целое. Следовательно, у каждого человека при рождении сто процентов души. Вот их и выдают, как родишься.

- Стоп.