Я проснулся

- Уснешь тут, и так полдня пролежал, то в беспамятстве, то в обмороке, - проворчал я.

- Мне с вами ложиться или одной?

- Одной, - ну не мог я воспользоваться ее рабским положением.

Когда был при памяти, может, и мог, а сейчас не могу. Как то дико для меня было осознавать, что эта девочка готова нырнуть ко мне в постель, только потому, что я ее господин.

- Хорошо, как прикажете, - сказала она, мигом сняла с себя платьице и примостилась на коврике рядом с кроватью.

- Ты чего, а коврик то улеглась? У тебя кровати нет что ли или коморки, какой?

- Мое место подле вас господин.

Коморка рабам не положена. Вдруг вы ночью проснетесь, и пить попросите, а я дура в коморке и не услышу.

- Понятно. А ну залезай в кровать, нечего на полу кости морозить.

- Но вы же сказали, что один спать будете...

- Никаких "но". Я господин, я и решаю, где ты будешь спать.

Она юркнула под одеяло и сразу потянулась развлекать меня ниже пояса.

- Стоять. Точнее лежать. Ответь мне честно на вопрос. Ты сейчас сама хочешь это делать?

- Вы же сами мне сказали в кровать вашу лечь.

.. - ее глаза были полны не понимания.

- Ты не ответила на мой вопрос. Ты хочешь этого сама?

- Я раба, я делаю все, что хотите вы.

- Сама-то ты этого хочешь? - я вскипел и чуть ли не встал в кровати.

- Сама, нет.

- Фух. Добился все-таки ответа. Что ж ты за человек такой, что на тебя орать нужно.

- Я не чел...

- Слышали уже, что ты не человек, а раба, - перебил ее я, - значит так, если сама этого не хочешь, то сейчас отворачиваешься от меня и спишь.

Понятно?

Она кивнула. Хотя в ее глазах до сих пор царило непонимание. Видать для нее кровать и интим со мной были всегда равнозначны. А тут кровать есть, а от интима отказываются.

- Все, спокойной ночи, - сказал я и отвернулся на другой бок.

Я думал, что от переживаний и наличия женского тела рядом я долго не усну, но не тут то было. Провалился я в сон очень быстро.

- Вставайте господин, просыпайтесь!

Толкали меня в плечо осторожно.

Вставать не хотелось совсем. Хотелось оставаться в кровати и дальше.

- Вставайте господин! Ваша маменька вас в театр зовет.

- А отказаться я могу? - спросил я, не разлепляя чугунных век.

- Кто же от прогулки в театр отказывается? - по тону служанки, да именно служанки, так как называть ее рабой у меня язык не поворачивается, я понял, что если бы у нее была такая возможность, она бы из театра не вылезала годами, - там же все сливки общества будут.