Я проснулся

Про цитадель какую-то твердили, про блок-пост, про клан-зону. В общем, у всех сложилось впечатление, что вы книжек комедийных и фантастических начитались.

- Да уж... - протянул я.

Ничего из перечисленного бреда за душу не цепляло. Это были вроде как знакомые слова, но вот смысл их я объяснить не мог. Представить мог, а вот рассказать для чего это нужно не получалось, даже себе. Автомат это такая штука с ручкой, из которой можно выпускать маленькие камешки. Но вот зачем это делать и для чего, оставалось ля меня загадкой.

Цитадель, блок-пост это два вида зданий, но почему это не просто дома, мозг вспомнить отказывался. Клан-зона в моем представлении вообще походила на кусок территории окруженной какой-то колючей проволокой, частично забором. Кому и зачем может понадобиться ограждать такой огромный участок земли забором? Бред. Бред больного человека, потерявшего память при падении вниз головой.

- Господин Алмерт, давайте оденемся, а то скоро уже обед, и ваша маменька будет сильно ругаться, если вы его пропустите или придете не при параде.

- Не помню, но могу себе представить, - сказал я и резко встал с кровати, - где моя одежда? Я полон сил и здоровья в отличие от моей памяти, и чувствую, что сильно проголодался.

- Господин... - у бедняжки слезы навернулись на глаза. - Зачем вы это сделали?

- Что я опять напортачил?

- Вы встали с кровати.

- А что не нужно было?

- Естественно нет.

- А как же тогда одеваться? Я думаю лежа, да даже сидя облачаться будет затруднительно.

- Это не ваша забота господин. Я бы подняла вас из кровати, это моя святая обязанность. А вам вредно резкие движения после сна.

- Это потому, что я болен?

- Это потому, что вы господин.

- Понятно, - промямлил я.

Хорошее объяснение. Извиняться не надо, вставать с постели не надо, одеваться самому не надо. И все только потому, что я господин. Интересно, а кормить тут тоже будут с ложечки или все-таки дозволят эту трудную и грязную работу мне самому?

- А на обеде жевать тоже ты за меня будешь? - пошутил я.

- А надо? - глаза ее были полны искреннего желания угодить.

Шутка не удалась.

Я хмуро представил свое изнеженное тело в руки очаровательной рабыни, для облачения в обеденный туалет.

Хорошо, что тут было зеркало! Когда я увидел, во что меня нарядили, мои волосы ожили, причем не только на голове, и зажили отдельной жизнью. Убранство было аховым.