Crossroad

– ВЛАДИМИР!!! – вновь раздался громкий окрик сзади, практически прямо в правое ухо, – Ты чего тут встал, забыл обо всём на свете? А ну ка, живо марш в комнату, дел нету у тебя? Сейчас я объясню всё что нужно! Спать скоро, а ты стоишь тут как истукан! Живо беги, давай матери помогай вещи разбирать! Соберись, и поживее!

Макс вздрогнул, испуганно метнулся назад в коридор, ухватился за ближайший узел и потащил его в комнату. Минут через пять он опять выглянул с балкона вниз – на тротуаре никого не было…

*****

Прошло несколько лет.

Для мальчика отныне всё вокруг было пропитано музыкой. Звуки, доносившиеся с улицы, коробка с динамиком, выставленная вечером кем-то на подоконник, глуховатое звучание радиоприёмника – отовсюду звучали ритмы и поющие голоса. Главными инструментами в этом волшебстве были гитара и туки барабанов. Шестиструнный инструмент буквально снился ему. Он не один раз обращался с мольбой к родителям: «Пожалуйста, мне очень охота гитару». От отца всегда звучал один и тот же уничижительный ответ: «Это тебе не нужно, уроки лучше учи». Но количество просьб и их обоснований в какой-то момент уже начинало превышать всякий допустимый предел, и однажды вечером, живший с ними вместе дед Пётр пообещал скоро принести желанный инструмент. Сообщил он об этом негромко, озираясь в сторону кухни. Как понял Макс позже, он просто не хотел, чтобы его услышали.

И вот этот день настал. Гитара! Настоящая! Мальчик с восторгом взял её в руки.

Подарок деда обладал интересной внешностью и странным характером – талия корпуса сильно заужена, гриф короток и в ширину таков, что на первом-втором ладу одним пальцем можно было спокойно зажать две струны, общая длина инструмента раза в полтора меньше известного ему стандарта. То есть – она вся была просто маленькая! Откуда взялось это чудо и кем могло быть использовано – тайна сия велика и не открыта потомками до сих пор.

Главный физический недостаток этого уникального во всех смыслах инструмента находился как раз в самой используемой при исполнении части – её грифе, он был искривлён так, что в районе седьмого лада зажать баррэ совершенно не представлялось возможным.

В этом стратегически важном месте от струн до ладов было расстояние что-то около сантиметра. Гитарка эта (а язык больше никак не поворачивался её назвать) моментально получила имя «Цыганская», но свою роль в последующих событиях выполнила.