Crossroad

Это были существа из совершенно другого мира, с иным, незнакомым ему мышлением и опытом: Стас Намин, Борис Гребенщиков и его «Аквариум», Гарик Сукачёв, группа «Парк Горького», Олег Гаркуша и достаточно много музыкантов из ленинградского рок-клуба. А также звукооператор клуба Валера – очень интересный, и интеллигентный до самых пяток человек, который был полон историй о местных музыкантах, об их талантах и недостатках.

После Питера, в Москве, в чайной Зелёного Театра состоялось незабываемое чаепитие-беседа со столичным «теневиком» – дилером торговли аппаратурой для концертных выступлений.

За два часа общения он рассказал и объяснил множество деталей о работе звёзд эстрады любого стиля, их становлении как профессионалов, и тонкостях звукозаписи в студиях. И очень, очень много этот парень поведал о музыкальных инструментах, попадающих в руки музыкантов. Выводы, которые он стремился подать своим собеседникам, сводились к одному – здесь центр, и всё более-менее значимое и интересное происходит только тут. А там, на периферии жизни, откуда вы приехали, всё будет происходить в движение только в результате волн, расходящихся отсюда: «Ну, как на поверхности болота от брошенного камня, вы же понимаете?».

Вспоминая и обдумывая впоследствии полученные в этой поездке впечатления, Макс окончательно утвердился в правильности ранее принятого им решения о прекращении своей деятельности в качестве музыканта. В родном городе эта жизнь могла идти по разным дорожкам и тропинкам, их было много, но – любая приводила в тупик.

На определённом этапе в этом убеждался каждый участник той весёлой колонны, и как правило, рано или поздно все прекращали свои занятия музыкой. Заканчивали все по-разному, но заканчивали все.

В эту поездку было приобретено столько разной аппаратуры и инструментов, что при их отправке не хватило пятитонного контейнера, и часть купленного пришлось отправлять в багажном вагоне, в составе-сцепке дальнего следования. Приобретённое оборудование позволяло спокойно обеспечить потребности доброй половины музыкантов родного города, и нескольких деревень прилегающего сельхоз-района.

Оглядывая ситуацию со стороны, можно было утвердительно сказать, что Макс вновь оказался в «мейнстриме» музыкальной индустрии города.

Завязалось множество знакомств среди городских музыкантов, поступал просто шквал информации о местных талантах и неудачниках, на слуху появились городские легенды об атмосфере и событиях, происходящих сейчас в среде местных трубадуров.