Ртуть. Пасмурно

– Ведь это будет означать начало твоего становления. Интересно, что из этого получится…

Сказав это, ангел замолчал, больше не реагируя ни на какие расспросы. И до самого поражения Хазакиила больше не произнёс ни единого слова, хотя обычно был весьма говорлив.

Для сноходца стало ужасной новостью то, что все истреблённые им на пути к главному кошмару извращённые вновь воскресли. Да, он догадывался, что каждую ночь сражается с теми же посланниками, что и в прошлые разы. Но так как они постоянно действовали по-разному и не сидели на одном месте, подтверждения теории не было.

А перед тем, как встретиться с Хазакиилом, Нао устроил тотальный геноцид всех уродцев, что встречались ему на пути, и облазил даже самые отдалённые закутки города, в котором происходило сражение.

Нао уже давно понял, что город, который воплощён в его кошмарах – это тот же город, в котором он живёт днём. Только в кошмаре нет ни одного нормального человека, за исключением Нао. Хотя, будь дело иначе, это было бы странно.

Ведь никто не может попасть в сон другого, это аксиома.

Сам Хазакиил в сражении использовал стихии воды, ветра и молнии, весьма искусно смешивая их и устраивая очередной залп смертельных снарядов. Чего только стоят обычные с виду сосульки, которые при попадании в тело Нао действуют как мощный электрошок. Или бледно-жёлтые молнии, бьющие чем-то наподобие азота. Или… Перечислять можно долго, а в совокупности с тем, что по пути к Хазакиилу встречается куча обычных посланников, победа над главным кошмаром города из сна оказалась весьма долгосрочной целью.

Умирают ангелы тоже своеобразно. Их тело медленно распадается на крупицы серого пепла, и крайне редко они оставляют после себя небольшие части своего скелета, которые Нао и использовал как средство их убиения. Они были очень прочными, а пару раз парню даже везло заполучить цельный хребет, который, если его растянуть, был вполне длинным. Такие хлысты Нао по праву считал лучшей добычей в своих кошмарах, так как ими весьма шустро получалось разделываться с извращёнными.

Но то, что оставил после себя Хазакиил, заставило сноходца крепко призадуматься. Когда он осыпался серо-золотым пеплом, на его месте осталось несколько своих частей, которые при рассмотрении оказались оставшимися от одного из крыльев нераспавшимися костями и ещё двух крупных осколков, непонятно из какого места на теле.