Мрачные истории Унылого Дола.

Он все силы бросит на то, чтобы поймать меня и разобраться, – горько усмехнувшись, добавил Комин.

– Из-за многовариантности средств и мотивов следствие затянется. Инквизиция дотошна, особенно, когда дело касается таких смертей. Тут и осквернение, и ритуальные мотивы, – высокий голос Двейна звучал бесцветно и резко. На памяти Дугала он так много раньше не говорил. – Допрашивать будут всех без исключения, даже знакомых и соседей. Допрашивать жёстко и самыми разными методами. Инквизиторы порой неразборчивы. Им нужно добыть информацию, а родственники и друзья вполне могут стать допустимыми потерями.

Ведь в таких случаях истина важнее. От неё зависит выживание гораздо большего числа людей.

– Хватит! – Комин не собирался кричать, но не мог больше выносить монотонный голос Двейна и тех страшных вещей, которые тот говорил. Перед мысленным взором всплыли лица жены и дочери.

– Пока будет идти следствие, они смогут сделать всё, что угодно, – тихо проговорил Дугал, не уточняя, кто эти они. Он имел в виду тех, кто стоял за всем этим.

Сам себе он их представлял серыми фигурами с ухмыляющимися ртами на пустых лицах.

– Они стремятся открыть врата в Иномирье, но что если даже это – не цель, а средство её достижения? – Комин постарался вывести разговор на более приемлемую плоскость. – Или просто способ нас отвлечь?

– Насколько же чудовищной должна быть цель, если жестокое умерщвление целого города – всего лишь ширма для неё? – Джош покачал головой. Он не готов был верить в такое, но и отрицать вероятность не смел.

– Что же за чудовища на такое способны?

– Люди, – тихо, едва шевеля губами, прошептал Двейн. – Люди – самые страшные из чудовищ.

– Ещё раз спрашиваю, кто считает Комина О'Доэрти виновным? – Алексей выпрямился и расправил плечи. Он поочерёдно задержал взгляд на каждом из присутствовавших. Ответил только Джош.

– Детектив губит свою душу, имея дело с медиумом и демонами, но он не глуп и он не богохульник, – медленно проговорил священник. Он прямо ответил взглядом на взгляд инквизитора.

– Я не считаю его виновным. Никто из нас не пришёл бы в храм, чтобы совершить это убийство. К чему эти вопросы?

– Я должен был убедиться. С этого момента мы начинаем действовать, принимая как факт то, что Комин О'Доэрти невиновен, – Алексей заложил руки за спину. Говорил он быстро и чётко, роняя каждое слово точно свинцовую пулю. – Комин О'Доэрти, ты пока действуешь свободно и самостоятельно. Ищи всё, что можно, по первому делу.