Мрачные истории Унылого Дола.

Девочке сложно было усидеть на месте, она быстро, хоть и не слишком аккуратно, закончила свою часть работы и ловко соскользнула со слишком высокого для неё стула. Этот вечер казался ей слишком тихим и сказочным, чтобы тратить его на такую банальную вещь, как обмётка и кройка. Девочка взобралась на сундук с обрезками ткани и упёрлась ладонями в подоконник.

Мир за окном погрузился в ночную темноту, которую лишь изредка тревожили чьи-то торопливые шаги, да взмахи вороновых крыльев. Девочка прижалась лицом к холодному стеклу, силясь разглядеть хоть что-то.

И тут она увидела высокую стройную фигуру женщины, облачённой в чёрное старомодное платье. Та шла лёгким, невесомым шагом, скользя взглядом по домам. Что-то в её облике и движениях заворожило девочку, она, не отрываясь, смотрела на странную гостью их бедного предместья.

– Ба, глянь какая красивая леди! – девочка на миг оторвалась от пугающего и прекрасного зрелища и повернулась к пожилой женщине. Та нехотя отложила шитьё и с трудом встала.

Работы было ещё много, но она так устала. – Очень красивая леди в чёрном платье!

– Внученька! – ахнула женщина, закрыв рот уголком платка, наброшенного на плечи. Сердце старой женщины замерло от страха. Она подбежала к окну со всей поспешностью, на которую только была способна.

Ночь накинула на город свою шаль, укутав и спрятав дома и людей. Мелкий снег почти совсем прекратился, фонарей здесь отродясь не было. Старая женщина окинула взглядом улицу, пытаясь найти ту, кто так впечатлил её внучку.

Она беззвучно молилась о том, чтобы ошибиться. Старые страшные сказки, которые рассказывала ей тётка, всплывали в памяти, обретая плоть из темноты и вороньего карканья.

Изящная леди в чёрном стояла прямо напротив их дома. Мелкие снежинки ложились на её длинные чёрные волосы и оставались, не тая. Неподвижная и прекрасная, леди пугала и притягивала одновременно. На её лицо была накинута чёрная вуаль. Стоило старухе подойти к окну и обнять внучку за плечи, как леди незаметным движением вскинула бледные белые руки и приподняла вуаль.

– Не смотри, милая, не смотри на неё! – взвыла пожилая женщина, обхватывая девочку за плечи, отворачивая её от окна и закрывая своим телом.

– Ба, а почему глаза у леди чёрные? – девочка попыталась вывернуться из душных объятий. – И так блестят!

– Не смотри, внученька, не говори о ней! Никому никогда не говори! Не рассказывай и забудь, – старуха глухо зарыдала в макушку девочки.