Отсутствие жизни

— Варде не фрик!

Мавна расправила бумажный пакет и положила в него две булки с корицей.

— Фрик, у которого аллергия на корицу, — напомнил Илар.

Мавна чертыхнулась себе под нос и добавила ещё и плетёнку с орехами.

— С корицей сама съем, — неловко объяснилась она.

И, пока не задали ещё вопросы, быстро чмокнула Илара, а потом Купаву и выскочила наружу.

Ветер сразу чуть не сбил с ног. Мавна поёжилась, поправила шарф поближе к горлу и, суетливо обернувшись пару раз, свернула за угол.

Смородник стоял со скучающим видом, прислонившись к своему мотоциклу и, казалось, совсем не мёрз.

Куртка как всегда нараспашку, под ней — только тонкая растянутая футболка с вырезом ниже ключиц. Мавну передёрнуло, глядя на его влажные волосы и голую шею.

— На тебя смотреть холодно, — заметила она.

— Ну так не смотри.

Мавна цокнула языком. Очень хотелось придумать колючий обидный ответ, но всё-таки лучше было бы не ссориться.

— Давай пройдёмся, — предложила она миролюбиво.

Смородник скользнул по ней недоверчивым взглядом.

— Ты уверена, что хочешь шататься по улице в такую погоду?

— Если замёрз, то так и скажи.

Он фыркнул.

— Чародеи не мёрзнут.

Мавна закатила глаза и указала в сторону освещённой аллеи клёнов, уходящей в сторону от кофейни.

На асфальте блестели лужи, отражая расплавленное золото фонарей, с клёнов летели листья — как широкие растопыренные ладони. Застегнув куртку как можно выше, Мавна сунула руки в карманы и постаралась угнаться за шагом Смородника.

— Куда ты понёсся? У тебя нет опции «спокойно пройтись»? — пропыхтела она.

Смородник послушно сбавил шаг.

— Так чего ты хотела? Зачем писала?

Мавна поравнялась с ним, и они неспешно пошли бок о бок — на расстоянии шага друг от друга, уворачиваясь от летящих сверху листьев.

Ну вот. Надо рассказать про съёмку упыря, но как Мавна ни пыталась, так и не смогла заготовить вразумительную речь с убедительными аргументами. Он пошлёт её куда подальше с этим видеоблогерством — тут и к гадалке не ходи.

Мавна покосилась на Смородника.

Он брёл как-то понуро, сунув руки глубоко в карманы куртки и втянув шею. Лицо выглядело не озлобленным, а скорее грустным — или это снова освещение во всём виновато?

— Ты в порядке? — спросила Мавна и машинально потянулась рукой к его плечу, чтобы ободряюще дотронуться, но Смородник отстранился — ненавязчиво, но красноречиво дав понять, что прикосновения ему неприятны.

— Понятно, — фыркнула она, не получив ответа. — Ты у нас музейный экспонат.