Отсутствие жизни

Кожа к коже, тело к телу, и два дыхания смешивались в одно — от Варде больше не пахло болотом, и когда они оба опустились рядом на подушки, Мавна различила в полумраке блеск его глаз: теперь не лихорадочный и не затравленный, а спокойный и мягкий.

Она погладила его по щеке, и Варде поймал губами кончики её пальцев.

— Так всё-таки расскажешь, что у тебя произошло? — спросила она лениво и подтянула одеяло, стыдливо прикрывая тело.

Варде улыбнулся открыто и ласково.

— Давай не будем, Лягушонок. Уже ничего. Со мной произошла ты.

Он снова потянулся за поцелуем, и Мавна не смогла отказать ему. Она была готова принадлежать ему столько раз, сколько он сам захочет. Пусть забирает её тревоги так же, как она забрала его.

Ближе к утру Мавна заметила, что экран телефона на тумбочке загорелся тусклым светом. Потянувшись, она сняла блокировку и прочла сообщение от Илара:

«Мы прикончили тварь. Всё хорошо. Не волнуйся, Булка».

Она выдохнула и уткнулась лицом в шею сонного Варде.

13

Смороднику снилось, что ему снова двенадцать и он дрожит, продрогший до костей, под мостом.

Снились размытые фигуры, которые казались чудовищами с горящими глазами. Чудовища рычали и хотели получить его — тощего голодного мальчишку — растерзать и выпить кровь.

Благородных спасителей в том сне не было. Никто за ним не приходил, как бы громко он ни звал. Чудовища срывались с места, он пытался бежать, но ноги то путались в траве, то спотыкались о разбросанный мусор. Смородник кричал, но его крик тонул в зверином рыке, а дальше пасти смыкались на нём: то на ноге, то на горле, то метили в лицо, то запускали когти в живот.

Смородник проснулся, тяжело дыша, взмокший от пота, с налипшими на лоб волосами. Сегодняшний сон закончился особенно неприятно: будто бы сразу несколько чудовищ вцепились ему в руки и ноги, а ещё одно вонзило в грудь что-то острое.

В лёгких противно клокотало, кости ломило от жара. Тяжело поднявшись, он прошёл в ванную и, включив только тусклую лампочку над зеркалом, плеснул в лицо прохладной водой.

Да уж, лучше бы не смотрелся.

Показав зубы своему измождённому отражению, он вернулся в комнату, развёл горячей водой шипучее жаропонижающее, выпил парой больших глотков и упал на матрас.

Да что ж такое, сколько дней он уже лежит без сил? Два или три? В любом случае многовато.

Вчера он позвал к себе Калинника, чтобы тот зашил ему рану на руке.