Отсутствие жизни

С лестницы открывался вид на кухню, и она видела, как отец Варде, сидя за столом, наливает себе в гранёный стакан что-то из банки, обёрнутой бумагой. Той самой, где, по словам Варде, был чайный гриб.

Для чайного гриба жидкость была слишком густой, со свернувшимися сгустками. И цвета красноватого крепкого чая. На стакане оставались разводы на стенках, где жидкость разбрызгивалась, хлюпаясь из горлышка банки. Отец налил полный стакан, стёр с банки подтёк и облизал палец.

— О, доброе утро! — усмехнулся он в бороду, подняв глаза на лестницу.

Мавну замутило. Она медленно спустилась и остановилась на пороге кухни.

— Доброе утро. Я уже ухожу.

Она слышала, как позади неё спускается Варде.

— Сынок, ну ты что же, девушку не попросишь позавтракать с нами? Чайного грибочка хочешь?

Отец подвинул стакан по столу, и жидкость мерзко колыхнулась, отчего железистый запах стал только гуще и душнее. Мавна прикрыла рот рукой.

— Так я предлагал, — ответил Варде у неё за спиной.

Его голос прозвучал как-то натужно. Мавна быстро обернулась на него и заметила, что лицо Варде побледнело сильнее обычного. Он стиснул челюсти и смотрел на отца тяжёлым взглядом.

Тревога заколотилась в сердце неприятными молоточками. Мавне стало тяжело дышать, и не только от неприятного запаха. Показалось, будто она стала свидетельницей чего-то чужого, и разговор, и вся эта сцена с банками не была предназначена для неё.

— Извините… Всего хорошего.

Она пулей выскочила в коридор, надела ботинки, схватила с вешалки пальто и оделась уже только на улице, быстро шагая через двор. Спустя пару минут она услышала, как завёлся двигатель старого автомобиля, и позади неё зашелестели шины по грунтовой дороге.

Раздался короткий автомобильный сигнал. Мавна обернулась и увидела Варде, высовывающегося из открытого окна.

— Погоди ты! Подвезу.

Отказываться она не стала, но и разговор завести не решалась, всю дорогу со смутной тревогой не переставая думать о жидкости в банке.

Не может же это быть кровь, правда?

Или может?..

14

Варде весь день злился на отца. Кажется, Мавна начала подозревать, что в банках далеко не чайный гриб. С одной стороны, вечно скрывать это бы не получилось, и в глубине души он понимал, что когда-нибудь правда всплывёт на поверхность. Но изо всех сил оттягивал этот момент.