Отсутствие жизни

— Только учти, ты никому не скажешь, что это я показала тебе, как пройти в больницу. Окей? Придумаешь что хочешь. Но меня ты не видела.

Лунница провела Мавну по лестнице в больничный корпус и указала на двери, наполовину застеклённые зеленоватым стеклом и выкрашенные белой краской. Тут тоже висели плакаты:

«Чародей! Соблюдай тишину в больничном крыле».

«Чародей! Береги себя и своих соратников».

— А в скорую вы совсем не обращаетесь, да? — спросила Мавна, сморщив нос от резких больничных запахов, которыми тут, кажется, пропитались и стены, и потолок.

— Обращаемся, когда наши врачи не могут помочь. Но… Ты, наверное, понимаешь, что мы достаточно закрыты от обычного общества. От этого сложности. У Матушек и Батюшек есть договорённости с частными клиниками, но всё же стараемся справляться своими силами. Пока получается. В клиники обычно отправляют самых ценных членов отряда. А тех, кого не жалко — Калиннику на опыты.

Мавна всмотрелась в её лицо. Лунница выглядела отстранённой, но в лёгком изгибе рта и прищуре глаз плескалось злорадство.

Она специально так говорила. Не могла сейчас высказать обиду Смороднику в лицо, вот и возмещала всё на Мавне. А Мавна что? Ей своих обид и проблем хватает, влезать в чужие не хватит ни сил, ни времени. Пускай сами разбираются, если хотят.

— Ну всё, подружка. — Лунница отступила на шаг назад и заправила волосы за уши. Кивнула Мавне. — Я пошла, меня отряд ждёт. Дальше сама. В дверь и дальше в кабинет к Калиннику постучись, он отведёт в палату. Меня ты не видела, поняла?

Мавна повела плечом и обхватила пальцами дверную ручку.

— Договорились. Спасибо тебе.

Лунница отмахнулась, развернулась на каблуках и поспешила прочь так быстро, будто боялась, что Мавна кинется её догонять.

Немного подождав, когда её шаги стихнут, Мавна прошла через бело-стеклянные двери. Медицинский запах стал ещё гуще. В обе стороны вели двери больничных палат с номерами. Стены — казённо-бежевые, на этот раз без единого плаката, даже непривычно. На потолке — вытянутые лампы, совсем как в обычной больнице.

Интересно, загораются от искры алым, или светят обычным, белым?

Мавна поёжилась, кутаясь в свой огромный мягкий свитер с мухоморами. Если посмотреть на неё со стороны, то она, наверное, выглядела тут самым чужеродным объектом, который только можно было себе представить. Так тихо и одиноко… Хотелось бы верить, что молодые и сильные чародеи как можно реже попадают сюда. Хотя с их образом жизни, скорее всего, происходит наоборот.