Отсутствие жизни

Стоит, чуть ссутулившись, оттянув руками карманы джинсов. За спиной рюкзак.

Мавна слезла с сиденья, придерживая одной рукой руль, а другую убрала за спину, чтобы случайно по привычке не полезть с глупыми объятиями и не получить от него презрительный взгляд.

— Привет, — произнесла она как-то сдавленно, вовсе не так весомо, как хотела, и разозлилась на себя за это.

— Как твоя нога?

— Как ты себя чувствуешь?

Они произнесли это одновременно. Мавна сперва пыталась придумать, про что ей спросить прежде всего: про руку, про сотрясение, про драку или что-то ещё, но решила объединить.

А вот вопрос Смородника заставил её напрячься: какая нога? И только спустя пару мгновений она поняла: а-а, та, которую повредил упырь уже сто лет назад.

— Давно прошло. — Она быстро улыбнулась. — А ты? Как… голова?

Смородник повёл плечами. Мавна только сейчас обратила внимание на то, что они довольно широкие, раньше всё внимание уходило на его рост, татуировки и дёрганые движения. Теперь будто бы начала замечать что-то ещё.

— Кружится немного, но терпимо. Уже лучше.

— Только не упади на меня, — предупредила Мавна и мгновенно представила, что такая туша запросто могла бы её раздавить. Да уж, главное, чтобы не пришлось его ловить в полёте.

— Постараюсь. — Смородник кивнул с самым серьёзным видом, и Мавна не удержалась от смешка. Пристегнув велосипед к ближайшей лавочке, она выровняла дыхание, пригладила волосы и предложила:

— Пройдёмся? Я что-то так завозилась в кофейне сегодня, что очень хочется просто бесцельно походить.

Если ты не против, конечно.

Смородник ничего не ответил, просто молча зашагал вперёд. Мавна решила, что это тоже вполне сойдёт за ответ, и пошла рядом, стараясь не отставать. Ну где их делают таких длинноногих, на какой фабрике? Что Илар, что этот. Не угонишься.

— Ты извини пожалуйста, что я так задержалась. Я правда заработалась. Заставила тебя ждать. Так неудобно.

Мельком полуобернувшись на неё, Смородник отчеканил:

— Всё окей.

Мавна открыла рот, но тут же снова сжала губы.

Ей правда было очень стыдно, а он наверняка видел, какая она примчалась взъерошенная и суматошная. Хотелось рассыпаться в миллионе извинений, но она боялась показаться совсем уж какой-то дурочкой. Раз Смородник не сердится, то, может, и правда всё нормально? Вдруг он сам опоздал. Хотелось бы верить, что она правда не доставила ему неудобств.

А теперь он наверняка ждёт, когда она начнёт свой разговор, ради которого всё и затевалось. И точно.