Отсутствие жизни

Как всегда, осенью было трудно привыкнуть к тому, как рано начинает смеркаться. Варде предлагал подвезти на машине, но Мавна решила проехаться на велосипеде. О чём, конечно, пожалела: с помятым колесом ехать по грунтовке было ещё сложнее, чем раньше. Надо бы спросить Илара, кажется, у него был друг из автосервиса — может, получится чем-то ей помочь.

У начала поселковой улицы она остановилась, чтобы перевести дух. Обернулась к болотам: жухло-бурым, затянутым вечерним туманом.

Не прошло и минуты, как оттуда донёсся леденящий душу вой.

В тумане мелькнули тени, и Мавна, испуганно охнув, закрутила педали с удвоенной силой.

3

Свет фонаря заливался в комнату через окно, но в небольшой квадратной комнате всё равно было темно, не считая синеватого мерцания экрана. Смородник устало потёр глаза и в который раз за вечер потянулся за глазными каплями — после едкого дыма и нескольких бессонных ночей под веки будто песка насыпали.

Голову туго стягивало болью, в висках стучали молотки. Снова мигрень, чтоб её.

Но от обезболивающих только сильнее захочется спать. Он покосился на лежащий на полу огромный матрас и досадливо скривил губы. Не время валяться, нужно ещё кое-что выяснить.

Уже несколько недель Смородник чувствовал себя так, будто бегает по кругу. Одни и те же форумы, версии, теории, места — но ни на шаг не ближе к разгадке. Проклятый упырь постоянно ускользал из рук — вернее, только дразнил, а в руки никогда и не давался. Иногда казалось, что вот-вот — и всё получится, но нет.

И с каждой новой неудачей его отбрасывало лишь дальше от цели.

Мысли путались, перескакивали с одной на другую и размывались, никак не могли оформиться во что-то цельное — сколько он не спал? Наверное, уже трое суток. Каждый день и каждую ночь одно и то же: бесконечный просмотр тем в сети, дорога, проверка новых мест, поиски без результата, злость на себя и растущая ненависть к остальным.

Но должно же найтись хоть что-то, в конце концов он не первый год выслеживает этих тварей и повидал всякое.

Что с этим упырём не так? Или это сам Смородник уже потерял хватку? В одиночку охотиться куда тяжелее, конечно, чем в отряде, но выбора больше не было.

Тяжелее и опаснее. Руки под бинтами до сих пор болели, а прошло уже два дня. Обжёгся своей же искрой, спалив местами кожу до живого мяса — когда такое было? Как пацан невыученный. Позор.

Если встать и включить лампу, глазам стало бы легче, но тогда снаружи и из-под двери был бы виден свет.