Стихия Смерти: Голос Времени

Будто он снова исчез, как год назад – только теперь присутствовал, словно призрак.

Яд, которым Лукас и его «помощники» летом заразили его через Мару – все ещё выводился из его тела, как и у остальных, и он все еще считал, что рискует Розой, сближаясь с ней слишком сильно. Теперь, когда эмоции не овладевали им слишком сильно – он мог держать ее на расстоянии, не уходя ни на шаг дальше, чем раньше. Просто контролировать себя, не лишая ее невинности.

Это было мучительно, словно пытка, и для него тоже. «Исчезать», словно призрак, не было идеальным решением, но и он дорожил ей слишком сильно.

И, раз уж он хотел этого будущего с ней – он просто обязан был устроить его и во всем мире.

Розе этого было не понять, да и эмоции ей никогда не мешали. И она не боялась того, чего боялся он, потому что не знала, на что он способен, если совсем потеряет над собой контроль.

Но некоторые очень даже могли понять – хотя бы те, кто прошёл через обращение в вампира, ведь это – то же самое. Они без слов понимали, что между ними происходило, и молча сочувствовали.

И помогали с тем, чтобы будущее у нежити было именно таким, какое они всегда хотели. Чтобы их приняли как равных.

Одной из таких была Динара. После событий этого лета, когда ей пришлось снова столкнуться лицом к лицу с Лу́касом, в которого она влюбилась всем сердцем пару лет назад и оказалась его жертвой, она была и в ужасе, и горевала. Просто потому, что на самом деле полюбила его, не зная, на что он способен. И он был совсем другим, да и сам не понимал, что с ним происходит.

И все это было как в прекрасном сне, мрачном, но сладком и манящем, как иная реальность, которую он создал специально для неё.

Специально или нет? Кто знает…

Маги смерти не властны над эмоциями и чувствами, которые испытывают к своей родственной душе.

Он же сделал худшее, что мог бы сделать маг смерти на его месте – он уничтожил все, чем они были. Потому что до ужаса испугался того, что в нем есть все эти чувства и эмоции.

Превратил ее в то, чего она стыдилась до сих пор. И уничтожил важную часть внутри неё, после чего ее жизнь разделилась на «до» и «после».

И, на самом деле, той встречи она боялась больше всего не потому, что боялась его. Не боялась. Она боялась боли, которую испытает, когда взглянет ему в глаза, потому что ее любовь все ещё жива, и она запачкана насилием.

И она была рада тому, что на какие-то недолгие мгновения он тоже смог ощутить эту боль.