Стихия Смерти: Голос Времени

Я чувствую себя в безопасности с тобой. Всегда... Даже когда думаю, что я в аду... – она вдруг резко обернулась, услышав что-то вдали, и торопливо зашептала, снова взглянув Аниду в глаза: – Я не могу сейчас так резко пропадать, там сейчас что-то будет. Арт поймал ребят из академии, ты что-нибудь об этом знаешь?

Анид взглянул туда же, куда и Амелия, и кивнул:

– Матвей сегодня привел двух подруг в Гейнсборо. Никто не знает, кто они. Но вот король как раз может знать…

Амелия тяжело выдохнула и занервничала:

– Да, Матвей тоже здесь.

Анид крепко прижал девушку к себе за затылок, немного взъерошив ее кудрявые волосы, и прошептал:

– Будь осторожнее, пожалуйста. В академии происходит что-то странное, там стало небезопасно. И здесь не лучше.

Амелия обняла спину Анида, жадно вдыхая его запах:

– Когда мы снова увидимся?

– Я подам тебе знак. Как всегда, – Анид чуть отстранился и поспешно прижался губами к ее лбу.

Амелия, настороженно прислушиваясь и продумывая, как незаметно вернуться обратно, схватила Анида и так горячо поцеловала его, отчего у нее даже пошатнулся рассудок, а клыки сами собой полезли наружу.

И, прежде чем она потеряла бы контроль над собой – она растворилась в воздухе, и в ту же минуту уже стояла у входа в залу, выглядывая из-за двери.

Первым, кто бы заметил ее отсутствие, точно был Лукас, и этого она боялась больше всего. Но, к ее огромному удивлению, Лукас беспечно беседовал в стороне с Матвеем, а тот почему-то обеспокоенно поглядывал в том направлении, в котором недавно исчезла она.

Амелия занервничала, но Матвей, дождавшись, когда Лукас отвлечется на Мару и прочий местный спектакль, быстро жестами дал ей понять, что именно он отвлек Лукаса, и никто так и не заметил ее исчезновения.

Все это казалось Амелии странным.

Но на раздумья не было времени. Надо было состроить из себя дурочку. Да так, чтобы и в мысли к ней не полезли.

Люди здесь все были загипнотизированными: бедняга даже звука не издал – только повис у нее на руках, как бездушная кукла. Амелии даже противно было кусать таких – у них совершенно не было эмоций. И кровь была безвкусной.