Призраки безумия Мэрилин

– Прости меня, пожалуйста, – плакала она, – И прости, что ударила… И так переживала… Тебе нужно было просто сказать, что ты куда-то уходишь… Я и не знала, что думать.

Она ещё крепче прижала меня к себе. От объятий меня начало тошнить, хотя на этот раз меня тошнило и от самой себя. В самом деле, нужно было хоть записку оставить, что я ухожу… Эти люди вроде как «заботятся обо мне», во что с трудом верилось.

Глава 4

Ночью я никак не могла заснуть. Что-то мучало меня вот уже несколько часов. Мысли… То, от чего я никак не могла избавиться.

Это мука – всегда о чём-то думать. Мои мысли казнили меня, пожирая мой мозг изнутри… И я никак не могу от них избавиться. Я лежала с открытыми глазами и вспоминала самые глупые моменты своей жизни. Я опять вспомнила Лакоту, которая последние полгода не давала мне покоя. Я вспомнила, как мы снова пытались подружиться.

Наверное, тогда мне казалось, что Лакота поняла, как это глупо – смеяться над человеком из-за его болезни, что это низко – придумывать разные сплетни о своём лучшем друге ради авторитета в классе.

Когда я стала посещать школу всё реже, она однажды написала мне, что хочет встретиться. Некоторое время я переносила встречу, но в феврале у неё был день рождения, и тогда я всё же решила испытать судьбу. Лакота жила не очень близко ко мне, пришлось сесть на трамвай. Там я устроилась у окна и начала смотреть на пустые улицы. Пустые не потому, что там не было людей, а потому, что в них не было ничего особенного. Одни лишь дома и дороги, по которым ходят люди в масках, да и те мёртвые…

Когда я приехала к Лакоте, там меня уже поджидала команда «низких и жалких», чему я ни капли не удивилась.

Сначала они начали обсуждать недавние события в школе, сидя за «шведским столом» в комнате у Лакоты, а я, как всегда, была в стороне, хотя иногда тоже вливалась в тему. Меня заинтересовала её квартира. Та была далеко не бедная и сильно отличалась от тех, в которых мне когда-либо удавалось побывать: красивые потолки, белые обои и голубая мебель, и каждая комната отличалась от другой забавным и необычным интерьером. Например, комната Лакоты больше напоминала библиотеку, а кухня – целую лабораторию! А потом начались игры, и, конечно, козлом отпущения выбрали меня. Мне завязали глаза, взяли за плечи, чтобы раскрутить меня, а затем вместе с остальными встали в круг. По идее, я должна была дотрагиваться до людей и узнавать, кто есть кто. В детстве мы часто играли в неё, почему-то она до сих пор кажется нам довольно забавной.